Мадонна с юных лет любила доказывать, что невозможное возможно. С помощью регулярных и впечатляющих физических нагрузок она превратилась из маленькой девчушки с большими сиськами в маленькую девчушку с большими сиськами и огромными бицепсами. Сегодня о ее мускулатуре слагают анекдоты и легенды. Ее бедра выглядят устрашающе. Смотришь на них и думаешь: вот как сомкнет их вокруг вражьей шеи, слегка сдвинет, и все – хрясть, хрясть, и прощайте, сэр Элтон. А нечего было публично ворчать о вреде фонограмм. А ее руки, а пресс! А разум! Накачав все, что только можно было накачать, она переключилась на йогу, в духовном отношении – на каббалу (спасибо, не на сайентологию!), в профессиональном – на диско, хип-хоп и Джастина Тимберлейка. Мадонна была брюнеткой, блондинкой, рыжей, кучерявой, коротко стриженной. Она меняла стили и манеры как перчатки. Заставила работать на себя все самые лучшие силы шоу-бизнеса, и не только его одного. Она была женой, любовницей, лесбиянкой, разведенкой. Выходила на сцену в лифчиках, которые теперь лежат в музеях, написала детские книжки, так и не смогла побороть мировой кинематограф, продала миллионы дисков по всему миру, заработала огромную кучу денег и на собственном примере показала, что пятьдесят – это всего лишь цифра.

А почему? Может, потому что с детства была недовольна своим телом, потому что ее мама рано умерла, потому что желание завоевать любовь всего мира стало не девичьей абстракцией, а конкретной, масляной краской на заборе намалеванной целью…

Повторяю, я никогда не была и уже вряд ли стану ее большой поклонницей. У меня нет и сотой доли ее талантов и амбиций, у меня нет такого бюста и даже такого, как у нее, голоса, но, возможно, мне всего этого и не надо. И возвеличивать ее особенно не стоит – все-таки не Марина Цветаева и не Мария Каллас.

Просто я понимаю, что когда Мадонна остановится, что-то остановится и в мире. Но пока этого не произошло, я так или иначе наблюдаю за ней и верю, что можно крутить жизнь. Свою и, наверное, чужие. Не спиться, не помереть от СПИДа или наркотиков, не поддаться искушению славой и огромными деньгами и работать, работать, работать, как атомная электростанция. Работать на себя, на мечту, семью, идею…

Да, возможно, она в чем-то извращенка, возможно, все-таки жадна или тщеславна, наверняка обладает кучей грешков и страстишек, но я ничего не могу поделать – для меня она пример крашеной дамочки, утершей сопли не только нескольким поколениям самодовольных мужиков, но даже неотвратимо текущему времени показавшей выразительную фигу. И пусть большой вопрос, женщина ли она и человек ли вообще, по большому счету, это не так важно. Ролевая модель может быть какой угодно. Главное, чтобы она была! И тогда мы сами возьмем от нее все, что нам будет нужно.

Красная дорожка и все, что с ней связано

Когда я смотрела по телевизору на дефилирующих по ковровым покрытиям кинофестивалей, презентаций, премьер и прочих тусовок актрис, актеров, продюсеров, режиссеров, певцов, моделей, известных личностей и состоятельных бездельников, я думала: «Нет, ну надо же, какие все-таки странные люди!» И правда, выступая в толпе под вспышками фотокамер, многие выглядят не совсем нормально. То наряд в четыре нитки и три петли, то волосы цвета радужной форели, то взгляд дикий, то шаг нетвердый, то кринолин на собачьем шоу, то спортивный костюм в опере. Популярны приторные улыбочки в стиле «мне 150, я съела все живое вокруг, но посмотрите, какая я лапочка!» или взгляд, полный соблазна и секса, от которого, по всем расчетам, объективы теле– и фотокамер должны плавиться и взрываться. Если естественность – то хорошо (или плохо) отрепетированная, если эпатаж – то доведенный до абсурда.

Прошло время, и, волею судьбы, в один прекрасный вечер вместо того, чтобы сопеть в тапочках от превосходства и зависти перед экраном, мне самой пришлось подбирать наряд, прихорашиваться, принимать коньяк и выдвигаться на красный коврик. И, скажу я вам, одно дело – наблюдать за аквалангистами и дайверами в телевизоре, другое – самой лезть в гидрокостюм, закусывать загубник и бросаться под воду в неестественную для человека среду.

А среда действительно неестественная и искусственная. Настолько, что даже некоторые профессиональные актеры, поднаторевшие во взаимоотношениях с условностями, чувствуют себя не в своей тарелке. Глотают стимуляторы, чтобы успокоиться или, наоборот, возбудиться, и отправляются изображать неземную радость и веселье перед толпой незнакомых людей. Нет, наверника некоторые из них и правда являются пламенными поклонниками собравшихся знаменитостей. Они неистово визжат и бросаются на ограждения, норовят получить от звезды подпись-закорючку, улыбку, доброе слово в свой адрес, пуговицу или часть ляжки. Однако их энтузиазм наводит на размышления. Так и кажется, что за спинами ликующей толпы бродит человек с гарпуном и тычет веселящихся в филейные части, принуждая веселиться еще активней и приветствовать любимых звезд еще восторженней.