Читаем КАББАЛА ВЛАСТИ полностью

Отрицание Богочеловека, одного из главных источников творчества - фундаментальная причина еврейской ограниченности. Не верившие в очеловечивание Бога, евреи не могли обожить и человека. Поэтому еврейское искусство уступает и искусству буддистов, верящих в божественность Будды, и индийскому искусству, да и любому «языческому» искусству, стирающему грань между человеком и божеством. Это можно считать доказательством того, что нет искусства без Богочеловека - вкупе с тем фактом, что евреи, преодолевшие еврейское богоборчество (Шагал, Левитан, Модильяни), смогли создать шедевры.

До недавнего времени не было значительных еврейских мастеров в области визуального искусства. Иудейские храмы были предположительно построены финикийцами и греками, и даже средневековые еврейские манускрипты, как правило, иллюстрировались нееврейскими художниками, которые делали очевидные ошибки в попытке скопировать еврейское письмо. Несмотря на этот исторический и идеологический гандикап, евреи стали лидерами современного искусства. Нечто подобное могло бы сложиться в мире спорта, если бы Олимпийский спортивный комитет наполовину состоял из инвалидов, значительное число спортивных комментаторов были бы калеки, а победители в соревнованиях - хромцы. При таком раскладе, продолжая параллель, главным олимпийским спортом под непосредственным влиянием хромых спонсоров Олимпийского комитета неизбежно станет бег в мешках или шахматы.

Визуально ограниченные евреи повернули вектор развития искусства к бегу в мешках, поощряя не визуальное, а концептуальнос искусство. Концептуальное искусство поддается полному описанию и объяснению, оно нарративно: Трэйси Эммин выставила «Неубранную постель» - название работы полностью отражает все ее свойства. Скульптура Алигьеро Боэтти «Годичная лампа» - это лампочка, которая зажигается раз в 12 месяцев, и ее название полностью соответствует ее описанию. Еврейская художница из Франции Клара Халтер выставляет повсюду свои работы - холсты, шатры, металл и стекло, на которых написано слово «мир» на десятках языков. Ее инсталляции стоят миллионы долларов, которые ассигнуют французское государство и различные организации. Изготовление таких шедевров не требует особых талантов - их может сделать любой. Такое искусство вполне в пределах еврейских способностей. Евреи, хорошо производящие идеи, были обречены на успех в этом направлении. Концептуальное искусство не нарушает заповедь «не сотвори себе кумира». В отличие от боговдохновенной Мадонны Мартини, «Годичная лампа» не заставит вас преклонить колена. Более того, такое искусство является новой формой иконоборчества, этого традиционного еврейского способа борьбы с Божественным присутствием.

Мы можем отмахнуться от попыток «демонизации» евреев, «которые разрушают искусство, чтобы сломить арийский дух». Евреи направляют искусство так, чтобы оно соответствовало их способностям, и вело бы к успеху в этом, трудном для них занятии. Они не задумываются о разрушении или сохранении «арийского духа», хотя объективно их действия разрушают христианскую составляющую европейской культуры. Пока есть состоятельные евреи, которые покупают произведения искусства и помогают художникам, делающим то, что они любят, пока в СМИ есть сообразительные евреи, которые хвалят искусство, которое нравится евреям (то, о котором легко писать), они будут способствовать той тенденции в искусстве, которая им нравится и которую они понимают. Но как они оказались на таких позициях в мире искусства? Как хромые бегуны пробились в Олимпийский комитет? Несмотря на капиталы и господствующие позиции в СМИ евреи не смогли бы преуспеть, если бы чуть раньше не состоялись:

— 206 —

1) Открытие фотографии и репродукции Недавно мы посетили замечательную фотовыставку мозаик

св. Софии в Стамбуле. Фотографии были настолько высокого качества, что надо было коснуться экспоната, чтобы убедиться, что это не подлинные мозаики. Но по неизвестной причине фотокопии не вдохновляют. Можно смотреть на них от рассвета до заката: сердце не дрог нет. Но стоит лишь взглянуть на подлинник и душа устремляется к Богу.

Фотография относится к живописи как порнография к живым женщинам. Она создает иллюзию настоящего, но оставляет лишь щемящее чувство пустоты. В конце концов, страдает подлинник. Порнография разрушила много счастливых браков. Репродукции шедевров приучают нас смотреть на красоту, которая не вдохновляет. Трудно смотреть на «Мону Лизу», инстинктивно не сравнивая ее со множеством ранее виденных репродукций. В некотором смысле современное искусство - это неудачный ответ на репродукции, поскольку художнику необходимо привлечь внимание пресытившегося зрителя.