Читаем КАББАЛА ВЛАСТИ полностью

Брак с человеком не твоей касты - неопровержимый признак «измены». «Смешанные браки хуже Освенцима», - сказала премьер-министр Израиля Голда Меир. Эллиотт Абраме, глава департамента Ближнего Востока в Белом Доме при Буше, и Дебора Липштадт, профессор иудаистики в университете Эмори (Алабама), выступают против смешанных браков с гоями, дабы сохранить «чистую еврейскую расу». Дебора Липштадт, неутомимый борец с отрицающими холокост, призывала еврейских родителей сказать «нет!» смешанным бракам (с гоями), как те говорят «нет!» наркотикам. Эллиотт Абраме, пылкий сторонник войны с Ираком, написал книгу «Вера или страх: Как евреи могут уцелеть в христианской Америке», в которой смешанные браки называются «главной угрозой выживанию евреев в США».

Голда Меир и Дебора Липштадт следуют еврейской традиции: Ветхий Завет прославляет Пинхаса (Финеаса), который убил еврея за плотскую связь с нееврейкой. Ездра отлучил всех еврейских священников, которые женились на местных палестинках. Талмуд сравнивает смешанные браки со скотоложеством, «потому что гои ближе к животным, чем к евреям».

«Рабби Шила увидел, что еврей спит с гойской женщиной, и приказал бичевать его. Еврей пошел жаловаться к правителю, и правитель вызвал рабби Шилу и спросил его, почему тот велел избить еврея. «Он совокупился с ослицей», - сказал рабби Шила. «Как ты можешь так лгать?» - изумился побитый еврей. «Я сказал правду», - ответил рабби Шила, - «ибо сказано: «гои подобны ослам»1.

В постсоветской России появились еврейские организации, в основном финансируемые израильскими или американскими группами, которые активизировали борьбу со смешанными браками. «Смешанный брак - вовсе не брак», - поучает раввин Штейнзальц2. «Смешанный брак губит душу еврея», - вторит ему сайт еврей, ру3.

Согласно еврейской традиции еврейская семья должна совершить полный траурный обряд, когда их сын или дочь вступают в брак с человеком вне касты. Но, несмотря на эти правила, мужчины и женщины еврейского происхождения вступают в брак, нарушая кастовые рамки, и тем самым сознательно порывают с кастой. «Смешанный брак» - недвусмысленное свидетельство их решимости порвать с кастой и воссоединиться с народом. В этом смысле смешанный брак не уступает крещению. Так, многие испанские евреи крестились

1 Брахот 58 а.

2 www.judaicaru.org/steinsalz/conver_family.html.

3 www.evrey.com/sitep/ethics/arkhiv.php3?menu=r225.htm.

— 439 —

(под угрозой изгнания) в 1492 году, но испанский народ не доверял их искренности, потому что новообращенные отказывались вступать в брак вне касты. Франсуа Бродель1 приводит рассказ Ибн Верга (ок. 1500):

Инквизитор сказал правителю Севильи: «Сеньор, если вы хотите узнать, как марраны соблюдают субботу, подымитесь со мной на башню». Когда они поднялись наверх, инквизитор сказал: «Посмотрите на дома марранов - над ними никогда не подымается дымок из печки по субботам, даже в самые холодные дни».

Дело не ограничивалось невинным соблюдением старого обычая. Крестившиеся для вида испанские евреи продолжали давать деньги в рост и выступали против нового единства страны, единства в вере и церкви. Народное чутье не обмануло испанцев: едва покинув Испанию, марраны возвращались в лоно иудаизма. «Марранов можно принимать в общины, потому что они вступают в брак только друг с другом», - постановили еврейские мудрецы той эпохи. Для них христианская вера была лишь частью обычной еврейской мимикрии. Лишь вступавшие в брак вне касты доказывали подлинность и искренность своего крещения.

Все это, правда, касается только крещений, совершенных в период гонений. Так, потомки испанских иудеев, принявших христианство до 1492 года, никогда не подвергались преследованиям Инквизиции, так как считались «искренними христианами». Поэтому нельзя согласиться с теми националистами, которые сегодня сомневаются в искренности крестящихся евреев: евреев сейчас не преследуют, и никакой материальной выгоды они от своего крещения не имеют. Но и гут дела, а не слова являются последним критерием: если крестившийся использует свое положение лишь во благо еврейства, то он является частью пятой колонны. Таков о. Александр, русский священник Константинопольского патриархата в Иерусалиме, требующий от православных палестинцев говорить на еврей-

1 Fernand Braudel, The Mediterranean and the Mediterranean World in the Age of Phillip II, vol. 2.

— 440 —

ском языке, борющийся против православных палестинских священников, верующий в незыблемость Ветхого завета, то есть в союз Бога и евреев.

Донмё, последователи Саббагая Цеви в Турции, внешне приняли ислам, но женились лишь на своих. Эта необычная секта сыграла заметную роль в трагических событиях в Турции в начале XX века: некоторые турецкие историки связывают донмё с кровавой депортацией армян, с резней греков в Анатолии и с антитрадиционалистской политикой Мустафы Кемаля Ататюрка.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 мифов о России
10 мифов о России

Сто лет назад была на белом свете такая страна, Российская империя. Страна, о которой мы знаем очень мало, а то, что знаем, — по большей части неверно. Долгие годы подлинная история России намеренно искажалась и очернялась. Нам рассказывали мифы о «страшном третьем отделении» и «огромной неповоротливой бюрократии», о «забитом русском мужике», который каким-то образом умудрялся «кормить Европу», не отрываясь от «беспробудного русского пьянства», о «вековом русском рабстве», «русском воровстве» и «русской лени», о страшной «тюрьме народов», в которой если и было что-то хорошее, то исключительно «вопреки»...Лучшее оружие против мифов — правда. И в этой книге читатель найдет правду о великой стране своих предков — Российской империи.

Александр Азизович Музафаров

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Льюис , Бернард Луис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное