Читаем КАББАЛА ВЛАСТИ полностью

- Это ты перебрал, - сказал ему рабби Иоханан. - Брурия, жена рабби Меира и дочь рабби Ханины б. Терадиона, постигала триста законов от трехсот учителей за день, и за три года не осилила Родословий, а ты хочешь за три месяца!

Взял он ком земли и запустил в рабби Симлая. Редкое это слово - «запустил». Однажды царь Соломон сковал заклинаниями беса Асмодея, а потом поддался на уговоры и выпустил из пентаграммы. Асмодей схватил царя и запустил подальше. На четыреста верст улетел Соломон. А еще было, спросил рабби Ионафан бен Иоси, где в Библии говорится, что подлежит наказанию сожительствующий с женой во время ее месячных, и учитель запустил в него комом земли (Швуот 18 б.), потому что это дерзкий вопрос.

За такие дерзкие вопросы Рав проклял Карну. Карна был великим знатоком вин, и мог по запаху определить, хорошее вино или отличное. Раз пришел Рав в город, где жил Самуил, и тот послал Карну проверить умение Рава. Иди, сказал он, принюхайся к этому сосуду. И спросил Карна Рава: откуда нам известно, что кровь - красна? Он имел в виду, что только красная кровь считается менструальной, в отличие от крови девства, которая не так красна, как учит трактат Нида (19 а), но ответил ему Рав по его дерзости: Сказано (4 Цар. 3: 22) «Мо-авитянам показалась вода красною, как кровь». Не успокоился Карна, и задал еще более дерзкий вопрос: откуда нам известно, что следует обрезать? Может, сердце, ибо сказано (Вт. 10: 16) «обрежьте крайнюю плоть вашего сердца», или дерево, ибо сказано (Лев. 19:23) «почитайте его плоды за необрезанные», а может, ухо, ибо сказано (Иер. 6: 10) «ухо у них необрезанное»? Это на самом деле хороший вопрос, и мудрецы-танаи бились над ним. Р. Иосия сказал: как дерево плодоносит, так и уд приносит плод. Но Рав рассердился и спросил Карну в ответ, как его зовут. Карна, сказал тот. Пусть у тебя рог (карна) вырастет между глаз, пожелал ему Рав. Впрочем, и Самуилу, который натравил Карпу, тоже досталось: пригласил Самуил Рава к себе домой, дал ему слабительное, а где отхожее место - не указал. Промучился всю ночь Рав, и проклял своего хозяина: чтоб у него не было сыновей! Так и вышло.

Рами бен Юдан сказал: как забыли Книгу Родословий, мудрецы утратили силу, и свет их очей померк. Map Зутра сказал: они могли нагрузить четыреста верблюдов своими толкованиями только на букву «А». Хоть Рамбам и сомневался в полезности истории, она помогает изучать Талмуд. История показывает, как наши традиции передавались от мудреца к мудрецу, из рода в род, начиная от главы пророков Моисея, а он получил Закон прямо от Всевышнего. Так передавались традиции изустно до нашего Святого Учителя Равви, а тот составил трактат «Учения отцов», чтобы мы знали, как передавалась традиция. Он боялся, что законы позабудутся, а имена мудрецов перепутают, вместо «запрещено» скажут «разрешено». Поэтому он и записал предание, а не для того, чтобы стереть грань между Писанием и Устной традицией.

Кто точно ссылается на источники, приносит спасение. Это мы знаем, потому что Есфирь привела слова Мардохея и сослалась на него (Есф. 2: 22), а затем и спасла Израиль. Поэтому так рассердился рабби Иоханан на рабби Элиэзера бен Педата, который цитировал его слова, а его имени не упомянул. И впрямь, кто позволил авторам приводить традицию, не указывая, откуда они ее взяли! В свою защиту они могут взять слова рабби Иакова бен Иди. Тот хотел успокоить разбушевавшегося рабби Иоханана и сказал: любая цитата рабби Элиэзера без ссылки - это цитата из ваших мудрых речей, потому что рабби Элиэзер - ваш ученик. Так оно с авторами. Но в старину не забывали ссылаться. Сказали это однажды Рамбаму, а он ответил: наш Святой Учитель тоже писал законы без ссылок, разве что в случае разногласий или сомнений. Но рабби Иуда, учитель рабби Иосифа, всегда ссылался на источники, даже на возможные источники источников. И только зная порядок следования мудрецов, можно решить, кто прав в случае разногласий - тот, кто стоит в списках позже, если он жил после Абае, или учитель, а не ученик, если он жил до Абае.

Рабби Ашер писал: непонятно, почему аль-Фаси считал, что Рава прав в споре с Равом, коль скоро Рава был позднее Рава. Правило говорит: в споре с учеником прав учитель. Но другое правило говорит: последняя ссылка верна. Был однажды спор, что делать, если комья грязи прилипли к подошвам, а дело происходит в субботу? Рабби Иуда сказал: можно пошаркать о землю, но не о стенку, потому что если комья грязи прилипнут к стенке, это подобно строительным работам. Рава возразил: лучше о стенку, потому что при шарканье о землю могут возникнуть ямы, а ямы в субботу рыть нельзя. Map сказал: значит, нельзя ни так, ни эдак. Рабби Папа сказал: можно и так, и эдак. Аль-Фаси и Рамбам решили, что прав Рава, рабби Захария решил, что прав рабби Папа, раз уж он последний упомянут. Рамбам возразил: Рава был учителем, а Папа - учеником, значит, надо следовать решению учителя. Рабби Ашер решил, что все равно последний прав.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 мифов о России
10 мифов о России

Сто лет назад была на белом свете такая страна, Российская империя. Страна, о которой мы знаем очень мало, а то, что знаем, — по большей части неверно. Долгие годы подлинная история России намеренно искажалась и очернялась. Нам рассказывали мифы о «страшном третьем отделении» и «огромной неповоротливой бюрократии», о «забитом русском мужике», который каким-то образом умудрялся «кормить Европу», не отрываясь от «беспробудного русского пьянства», о «вековом русском рабстве», «русском воровстве» и «русской лени», о страшной «тюрьме народов», в которой если и было что-то хорошее, то исключительно «вопреки»...Лучшее оружие против мифов — правда. И в этой книге читатель найдет правду о великой стране своих предков — Российской империи.

Александр Азизович Музафаров

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Льюис , Бернард Луис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное