Читаем К бою! полностью

– Чем прямо сейчас и займусь, – хмыкнул Гудза и, попрощавшись с Корнелиусом, направился на выход. Покинув кабинет, генерал спустился по лестнице и, погрузившись в служебный глайдер, полетел в возглавляемое им Управление контрразведывательных операций. Через час, добравшись до своего кабинета, генерал, удобно устроившись в кресле, вплотную взялся за изучение биографии министра и его ближайшего окружения. Внимательно перечитав предоставленные данные, Гудза лишь удивлённо покачал головой, где и каким образом Корнелиус смог добыть такую подробную информацию, оставалось для него полнейшей загадкой. Такие данные на таких особо важных персон в любом государстве и любом ведомстве содержатся за семью замками, и доступ имеет исключительно ограниченный круг людей. Еще раз бегло окинув переписанные на отдельный лист фамилии заинтересовавших людей из окружения Гончаренко, генерал закрыл папку и, спрятав её в сейф своего рабочего стола, расслабленно развалившись в кресле, прикрыл глаза и стал мысленно перебирать биографию министра госбезопасности.

Генерал-лейтенант госбезопасности личностью был далеко не ординарной, происходил он пусть и не из какого-нибудь старинного рода, но вполне хорошей семьи с безупречной репутацией. Отец его был унтер-офицером, прослужившим во флоте более тридцати лет и по выслуге лет вышедшим в заслуженную отставку, а мать была домохозяйкой, всецело посвятившей себя воспитанию двух сыновей, и оба они по прошествии времени стали достойными офицерами. Старший Николай был десантником, дослужившимся до звания гвардии полковника и вышедшим в отставку, а вот младший Евгений, по воле случая оказавшись в центральном аппарате Министерства государственной безопасности, сделал головокружительную карьеру, став генерал-лейтенантом, да к тому же ещё и возглавил столь важное для безопасности государства и народа ведомство.

Возглавлял он это ведомство уже без малого восемь лет, что было необычайно долго, обычно этот срок не превышал полтора-два года, иногда министры задерживались на три, но не более. Причины для публики выдвигались самые разные, начиная с обвинения в коррупции и заканчивая сексуальными скандалами, но реальные причины такого положения дел в другом. Это было негласный внутриполитический межэлитный консенсус. Элита не очень-то хотела, чтобы министры госбезопасности были в курсе их дел, так как это было опасным. Знания скрытого, глубинное понимание интриг и возможности манипулирования в совокупности с теми властными рычагами, которые доступны министру государственной безопасности, делали эту фигуру исключительно опасной.

Хорошо зная внутриэлитные расклады, генерал Гончаренко, виртуозно играя на противоречиях, выстроил свой имидж не очень далёкого, зато исполнительного вояки, за что и был признан наиболее оптимальной фигурой для всех. Так продолжалось и по сегодняшний день, но что-то подсказывало генералу Гудзе, что с Гончаренко всё было очень и очень не просто. Это была ничем не подкреплённая его личная интуиция, которую еще следовало проверить, если дела обстоят так, как он надеялся, то будет налажено крайне полезное сотрудничество, а если нет, то и суда нет… Проблемы будут решаться каким-то другим путём, а что таковой найдётся, генерал Гудза даже не сомневался. Возможности у него в руках были теперь крайне серьёзные.

Степенно поднявшись из-за своего рабочего стола, генерал Гудза в глубокой задумчивости прошёлся по кабинету и, остановившись возле небольшой статуи Георгия Победоносца, поражающего копьём злобного змия, посмотрел на старинную карту Санкт-Петербурга. Необходимо было решаться, но Гудза всё медлил, в какой-то степени опасаясь предстоящего звонка и последующего после него серьёзного разговора с генерал-полковником Гончаренко. Сотрудничество с таким человеком обещало многое, но и преувеличивать его возможности также не стоило, он ведь был обложен со всех сторон весьма серьёзными ограничениями.

В конце концов, решившись, Гудза прошёл в кабинет связи и набрал только ему известный контактный номер ведущего делопроизводителя Министерства государственной безопасности подполковника внутренней службы Александра Филинова. Вызов пошёл, абонент не отвечал на сигнал вызова, отчего Гудза начал беспокоиться и хотел было уже отключить сигнал вызова, но в этот момент на экране появилось заспанное лицо офицера, с немалым изумлением рассматривавшего Дикого Вепря.

– Здравия желаю, товарищ генерал-лей…

– Оставь, Александр Васильевич, обойдёмся без званий, тем более я уже довольно продолжительное время пребываю в отставке, – прервал офицера Дикий Вепрь.