Читаем К Богодержавию… полностью

Ф.Энгельс назвал это «пошлейшими пошлостями» и не признал разделение спектров потребностей исходной точкой развертывания политэкономической теории. Сам Ф.Энгельс, будучи согласным со всем вздором К.Маркса, до конца дней своих пропагандировал противоестественный абстракционизм — “трудовую теорию стоимости” с её “простым” и “сложным” трудом, которую “политэкономия” терпит более ста лет, вопреки тому, что трудозатраты и “сложность труда” реально невозможно измерить даже в непосредственно производственной деятельности, не говоря уж об интеллектуальной деятельности; тем более на основе “трудовой теории” невозможно оценить роль искусств и абстракций науки в жизни общества. Если же говорить об “общественно необходимом времени” как о мериле трудозатрат, то оно исчисляется от момента появления на планете вида Человек Разумный: это — единственная субъективно неоспоримая точка отсчета. Кроме того, если не извращать смысл входящих в этот термин слов, то он вообще неприменим к личному (индивидуальному) труду человека или частному труду коллектива в общественном объединении специализированного труда множества людей.

Все это означает, что марксистско-ленинская политэкономия метрологически несостоятельна, по какой причине является не общественно полезной наукой, а мысле— и словоблудием. Перечень несуразностей в марксизме можно продолжать. Но и материалисты иных толков, в ХХ в. менее распространенные чем марксисты, не дали людям ничего путного.

Наука, согласившись с материалистической доктриной, на протяжении последних столетий — все более явно противопоставляла себя “религиозному” мракобесию и сама стала мракобесием, вследствие чего и породила глобальный биосферно-экологический и общественный кризис.

Она, впав в материалистический атеизм (или философский агностицизм: — учение о непознаваемости бытия), была самонадеянна, невнимательна и не ощущала ограниченности освоенных ею знаний и возможностей. Поэтому она игнорировала, как несуществующие, ею же наблюдаемые объективные факты, опрокидывающие её авторитетные теории, описывающие разные частности в Мироздании как взаимно не связанные в Объективной реальности.

Не было никаких здравомысленных причин, чтобы более ста лет в науке спорили по поводу “тепловой смерти Вселенной”, поскольку Мироздание описывается гораздо большим набором параметров, чем тот, что входит в формулировки второго начала термодинамики, из которых проистекал бред о тепловой смерти Вселенной. Точно так же и с “теорией относительности” не согласуется массовая статистика астрофизических наблюдений, а упоминавшееся ранее наблюдение Н.А.Козыревым сверхсветовых скоростей поступления информации от удаленных астрообъектов [6]экспериментально отрицает одно из основных её положений. [ВМ1]

Эти и другие факты означают, что культура мировосприятия, нравственное мерило тех, кто делал науку последние несколько столетий, выражали противоестественнуюдуховность и были НЕСООБРАЗНЫ Мирозданию. И этой несообразностью, проявляющейся во множестве ложных мнений и ошибок, естественные и обществоведческие науки материалистического атеизма подтверждают правоту коранического предупреждения: «А кто уклоняется от поминания Милосердного, к тому Мы приставим сатану: он для него — спутник. И они, дьяволы, конечно отвратят их от пути, и будут те думать, что идут по прямой дороге.» — Коран, 43:35, 36. «… И разукрасил шайтан им их деяния и отвратил их от пути, а были они зрячими.» — Коран, 29:37. «… А те, которые не уверовали, наслаждаются и едят, как едят животные, и огонь (в контексте Корана — ад после Судного дня) — место пребывания их!» — Коран, 47:13. «А тех, которые считали ложью Наши знамения, Мы низведем так, что они и не узнают. И Я даю им отсрочку: ведь Моя хитрость — прочна.» — Коран, 7:181, 182.

Материалистическая атеистическая наука, ее философия, выдвинула критерий истинности или ложности разного рода теоретических предположений: проверка. И по этому критерию она сама негативным образом подтвердила правоту Корана, к которому относится пренебрежительно, всего лишь как к “литературному поэтическому памятнику” арабской старины.