Когда мы возмущаемся создавшимся положением, нам отвечают, что во всём виноват один грузинский рыбак, стоявший у истоков создания нашей артели и руководивший ей. Якобы из-за него все наши беды. Но мы-то знаем этого грузина и помним, что при нём с рыболовством был полный порядок. Браконьеров он гонял и серьёзно наказывал. И было за что. А простые люди жили нормально, в достатке. Икру и чёрную, и красную ели ложками, детей бесплатно лечили рыбьим жиром. С тех пор прошло без малого сто лет. Много воды утекло по нашей реке с тех пор, а наши эффективные рыбаки другой, не грузинской и не русской национальности всё винят этого грузинского рыбака. За эти годы другие артели и выше по течению реки, и ниже выработали разумные правила лова рыбы и, соблюдая их, живут нормально. Только у нас ситуация ухудшается. Наши эффективные рыбаки всё больше наглеют, варварски тащат и тащат сетями не успевающую нереститься рыбу. Отвозят на правый берег и продают, продают, продают, обрекая нас на голод.

Уважаемая редакция, подскажите, пожалуйста, в какую прокуратуру пожаловаться на этот беспредел? Или самим навести порядок? Спасибо.

М. ЖАЛНИН,

и около ста миллионов жителей левого берега реки

ПЕРВЫЙ

Учредил Ющенко новую награду — «Крест Ивана Мазепы». И, конечно, думает, что надо бы кому-нибудь ее вручить. А то как-то неловко получается: награда есть, а награжденных нет. Вызывает к себе министра обороны Еханурова.

— Юрий Иванович, — говорит Ющенко. — Я тут подумал и решил наградить тебя первым «Крестом Ивана Мазепы». Ехануров только что вел секретные переговоры с Тимошенко и, услышав «Мазепа», сперва подумал, что Ющенко об этом пронюхал. Глянул в глаза: не блеснет ли красным? Но там была обычная пустота.

— Нельзя меня, Виктор Андреевич.

— Почему?

— Потому что я бурят. А первым кавалером такой почетной награды непременно должен быть украинец.

— Хм, ну иди.

Вызывает Ющенко главу СБУ Наливайченко.

— Валентин Александрович, — говорит Ющенко. — Я тут подумал и решил наградить тебя первым «Крестом Ивана Мазепы».

Наливайченко только что вел секретные переговоры с Януковичем и, услышав «Мазепа», испугался, подумав, что Ющенко как-то об этом узнал. Глянул в глаза: не блеснет ли красным? Но там была обычная пустота.

— А почему бы не наградить первым Еханурова? (Наливайченко уже знал о его секретных переговорах с Тимошенко.)

— Еханурова нельзя: он бурят, а первым кавалером «Креста Ивана Мазепы» непременно должен быть украинец.

— Ну почему если Мазепа, так непременно украинец? — Наливайченко позволил себе даже чуть-чуть обидеться. Совсем чуть-чуть.

Ющенко внимательно посмотрел на него.

— Ты хочешь сказать, что среди украинцев никто не достоин этой высокой награды?

— Не-не-не-не, Виктор Андреевич, каждый достоин, абсолютно каждый! Но если награду дать одному, этим мы несправедливо обидим всех остальных.

— Хм. — Ющенко задумался. — Что же делать? Бурятам нельзя, украинцам нельзя… Кого же наградить? Может, Саакашвили?

— Да его вроде не за что? (Наливайченко не знал, что Саакашвили уже давно ведет секретные переговоры с Путиным.) А давайте какого-нибудь шведа наградим.

— Почему шведа?

— Ну как же, Виктор Андреевич? Мазепа, Карл XII, Полтава…

— «Полтава»? — Ющенко посмотрел на него еще внимательней. — Ты что,

Наливайченко, Пушкина читаешь?

— Боже упаси, Виктор Андреевич! Я даже не знаю, кто это!

— Ладно, посиди пока.

Ющенко позвонил шведскому премьер-министру:

— Здравствуйте, господин Райнфельдт! Вот хочу наградить вас первым «Крестом Ивана Мазепы»!

Райнфельдт ни с кем не вел секретных переговоров, но изменял жене и сейчас размышлял, что следует быть осторожней, раз уж об этом знают даже в Киеве.

— Нет, господин Ющенко, я не могу принять эту высокую награду. Неловко получится: вы нас награждаете, а мы вас нет.

— Ну так и вы меня наградите орденом… — Ющенко прикрыл трубку рукой и шепнул Наливайченко:

— Как там этого, ну который с Мазепой, швед который?

— Карл XII.

— … орденом Карла XII.

— Но, господин Ющенко, у нас нет такого ордена.

— Хм, ну тогда вы можете дать мне Нобелевскую премию мира.

— Некрасиво получится, господин Ющенко. На премию вы выдвигались вместе с господином Саакашвили, и, если мы теперь вам двоим ее дадим, получится, что мы одобряем военные авантюры.

— Ну дайте премию мне одному, без Саакашвили!

— Тогда получится, что мы осуждаем демократически избранное правительство Грузии.

Ющенко повесил трубку. Возникла неловкая пауза.

— А давайте, Виктор Андреевич, вы эту награду вручите себе.

— Но я же украинец, а ты сам говорил, что украинцам нельзя.

— Но вы ведь не простой украинец, вы же первый Президент!

— То есть как это первый, Наливайченко? А Кравчук, Кучма, не говоря уж об этом, как там его…

— Грушевский, Виктор Андреевич. Ну с ним дело темное. А Кравчук и Кучма — ну какие же они президенты? Тьфу, а не президенты. А первый настоящий Президент — вы, Виктор Андреевич!

— Ну не знаю… А как народ посмотрит на то, что я сам себе вручу первый «Крест Ивана Мазепы»?

— Народ одобрит, Виктор Андреевич.

Наливайченко был абсолютно прав. Народ одобрил.

http://roland-w.livejournal.com