Читаем Jazz полностью

Первым инструментом Пола была гитара, но затем, находясь под влиянием Коулмена Хокинса, он перешёл на саксофон и уже в начале 1940-х гг. играл на теноре в бэнде Сабби Льюиса. После армии (1942-1945) он нередко работал в оркестрах Каунта Бэйси (1946-1947) и Диззи Гиллеспи (1949-1950), а в сентябре 1950 г. его пригласил к себе Эллингтон, и Пол остался с ним более чем на два десятилетия, до конца своей жизни.

Скромный, добродушный и весёлый человек, он заполнил тот пробел, который остался в рядах саксофонистов Эллингтона после ухода Бена Вебстера.

Гонзалвес был способен бесконечно нанизывать квадрат за квадратом в своих быстрых соло, но к творческим высотам его поднимала тёплая, рапсодическая трактовка баллад. Обладая богатым тоном звучания, он был настоящим мастером баллад — и здесь вспоминается наш саксофонист Игорь Лундстрем, брат Олега Лундстрема.

В середине 1950-х гг. в карьере Эллингтона наблюдался спад, и он иногда говорил: «Я родился второй раз в 1956 г. на джаз-фестивале в Ньюпорте». Его бэнд появился там на сцене очень поздно вечером, когда публика уже собралась уходить, и Дюк объявил пьесу «Diminuendo & Crescendo In Blue». Через пару минут люди вернулись обратно, по толпе прошёл ток. У микрофона на теноре солировал Пол Гонзалвес, не останавливаясь ни на миг, с неослабевающим напором. Вскоре всё слилось в один динамический перкуссивный корус, вокруг кричали «Ещё, ещё!», сотни пар начали танцевать, а организаторы фестиваля испугались, что всё пойдёт вразнос и толпа станет неуправляемой. Никто не знает, как наступают такие эмоциональные моменты. А Гонзалвес продолжал дуть, сыграв (по самому скромному подсчёту) двадцать семь квадратов, хотя, по мнению слушателей, их было сто двадцать семь. Это был поворотный пункт в карьере Эллингтона, а Гонзалвес стал героем Ньюпорта. Он вспоминал, как однажды на другом концерте владелец зала выразил ему свои сомнения: «Я не верю, что вы могли так долго играть в Ньюпорте!» Гонзалвес сделал ему одолжение и исполнил шестьдесят шесть квадратов.

Его талант не раз раскрывался в таких сольных шедеврах, как «Solitude» (1950), «Circle Of Fourths» (1957), «Happy Reunion» (1958), «Mount Harissa» (1966) из знаменитой «Дальневосточной сюиты» Дюка, а помимо записей с Эллингтоном он также сделал ряд альбомов и под своим собственным именем — «Getting Together», «Cleopatra Feelin Jazzy», «Tell It The Way It Is», «Humming Bird», «Just A-Sittin & A-Rockin».

В 1974 г., когда сам Эллингтон угасал в больнице, Гонзалвес неожиданно оказался в Голландии, куда поехал играть по чьему-то приглашению, покинув Нью-Йорк всего с несколькими долларами в кармане. Неизвестно, каким образом он затем попал в Англию, где искал своих знакомых. Оттуда вскоре пришла весть, что Пол умер в Лондоне 14 мая. Дюк так и не узнал об этом, ему не решились сообщить о кончине любимого саксофониста, а через десять дней он тоже ушёл навсегда.

Между ними были теснейшие связи. «Мы назвали его бродячей скрипкой, — говорил о нём Эллингтон, — потому что иногда во время концерта он брал свой инструмент и подходил к какой-либо группе зрителей или играл своё соло какому-нибудь одному ребёнку из публики. Он пользовался огромным уважением, но никогда ничего не требовал для себя, ему ничего не было нужно, кроме доброго слова. В его голове никогда не было ни одной дурной мысли. При такой чистоте помыслов из него мог бы выйти, наверное, неплохой священник».

Декстер Гордон (Dexter Gordon)

Декстер Гордон родился 27 февраля 1923 г. в Лос-Анджелесе в интеллигентной семье (отец — врач). Он был представителем следующего поколения тенористов. Декстер изучал гармонию, теорию музыки, кларнет и саксофон. Начав играть профессионально с семнадцати лет, он объездил все Штаты от побережья до побережья, работая с различными известными негритянскими оркестрами и группами, включая Лайонела Хэмптона, Луиса Армстронга, Билли Экстайна и Чарли Паркера.

Хотя сперва его фаворитом был Лестер Янг, позже Декстер стал одним из первых музыкантов, кто применил идеи би-бопа к тенору и сам начал оказывать влияние на таких личностей, как Джон Колтрэйн и Сонни Роллинс. Но с сентября 1962 г. по 1978 г. он постоянно работал в Европе и жил в основном в Копенгагене (не считая кратких визитов в США), выступая со своим квартетом в клубах и на фестивалях в Норвегии, Швеции, Швейцарии, Берлине и Праге.

Вернувшись на родину, этот тенорист нашёл, что там ещё есть достаточно широкая аудитория слушателей, которая его помнит и знает. За эти годы Декстер стал зрелым ветераном и прибыл в Штаты как бы на следующем витке спирали развития своей музыкальной карьеры. Опыт и мастерство упрочили его рейтинг в категории ведущих звёзд современного джаза.

Гордон являлся также способным композитором, его пьесы «Декстерити», «Монмартр», «Наш человек в Париже» и другие известны многим любителям джаза. В 1986 г. он снялся в кинофильме «Round midnight» («Около полуночи») французского режиссёра Бертрана Тавернье, где сыграл роль (и играл на теноре) некоего прототипа Лестера Янга.