– Что ж, спасибо на добром слове, – пробормотал я, когда Шэд по обыкновению растворился в воздухе. – Макс, я завтра еще зайду, можно?

– Буду рад тебя видеть, – прошелестел дом, когда я кинул внимательный взгляд на кристалл. – Моих запасов хватит надолго.

С тех пор я стал наведываться туда каждый вечер, потихоньку откармливая улишшей и посмеиваясь над Пакостью, которая с самого порога соскакивала на пол и со счастливым писком отправлялась разорять роскошные апартаменты. Макс в кои-то веки ей не мешал, охотно распахивал перед нуррой любые двери, подкладывал на видное место самые лакомые кусочки. Причем в таких количествах, что жадная до чужого добра нурра возвращалась ко мне вразвалочку, сыто икающая и раздувшаяся до такой степени, что я стал всерьез опасаться за ее здоровье.

– Производство фэйтала требует большого количества материалов, – со смешком пояснил дом, когда я в очередной раз подобрал с пола сонно зевающую нурру. – Тебе он сейчас нужнее бриллиантов и золота, поэтому она очень старается.

– Откуда она вообще узнала, что он мне нужен?

– Речь она неплохо понимает. Но вообще, я слышал, что потребности хозяина подобные артефакты могут определять по крови.

Я хмыкнул.

– Когда бы она успела? Ее зубы мою кожу почти не прокусывают.

– Зато Изя прокусил, – насмешливо отозвался Макс. – Не твою, а твоей будущей матрицы, хотя особой разницы я не вижу.

Хм. И правда.

Я внимательно оглядел раздувшееся брюшко Пакости и заглянул в ее блаженно распахнутый рот со свесившимся из него язычком. Торчащие оттуда клычки выглядели небольшими и совсем неопасными, но, если бы нурра меня укусила, я бы точно заметил. Сделать это в резиденции она не могла – тогда она принесла мне уже готовую «жемчужину». Но тогда, получается, успела напиться раньше? Но где? И, главное, как, если я этого даже не помню?

– Единственная открытая рана, которая у тебя была, это горло, – задумчиво предположил Макс, когда я задал этот вопрос вслух. – Когда тебя принесли в Орден, Изя ее уже подлечил, поэтому фонтаном оттуда кровища не хлестала, да и в присутствии магов Пакость тебя бы не тронула.

– Тогда где?

– Остается только один вариант. В коллекторе.

– Да ее же там не было…

Я осекся, только сейчас подумав, что, возможно, Макс прав. Мои улишши перед потерей формы были так слабы, что их последний прыжок вряд ли мог стать для карателей серьезной угрозой. Да и расстояние было достаточно велико. Будучи неглупыми созданиями, мои звери не могли не понимать, что уже проиграли схватку, однако они все же прыгнули. Вместе. Я видел. И так же вместе упали, когда по ним ударили лучи тагоров.

И тем не менее с пола больше никто из карателей не поднялся. Это я тоже прекрасно помнил. Но могло ли случиться так, что мои нуррята рисковали собой лишь для того, чтобы отвлечь внимание? От кого? Да вот от этой блаженно щурящейся поганки, которой было вполне по силам сигануть за мной в канализацию, найти по запаху, догнать и, явившись в коллектор в самый последний момент, закончить то, что начали мы.

Я рассеянно пощекотал серебристое брюшко и, услышав тихое мурлыканье, снова задумался.

Надо будет поинтересоваться у Жоша, какие раны были у последних двух карателей, чьи трупы до сих пор, наверное, лежат в морге. А еще лучше самому на них взглянуть. И если окажется, что на горле обоих остались следы не клыков, а маленьких, но очень острых когтей…

– Спокойной ночи, Макс, – сказал я вслух, убирая сонную Пакость за пазуху.

– До встречи, Олег, – отозвался дом и грустно вздохнул, когда за мной захлопнулась дверь.

Глава 5

За день до окончания выделенного магистром срока, вскоре после рассвета, я появился в резиденции Ордена и, согласно предписанию, навестил штатного мага. При виде меня лесса Майена, как и всегда, занервничала. Затем все-таки собралась с мыслями, строгим голосом велела раздеться и мило порозовела, когда я бесстрастно осведомился, желает ли леди снова увидеть меня без штанов.

– Достаточно, если вы снимете рубашку, мастер Шал, – старательно держа голос прохладным, сообщила магичка. – Мне нужно осмотреть ваши раны.

Я снова над ней тихо поржал, но осмотреть себя позволил – это было обязательным условием для возвращения к службе. Лесса добросовестно изучила шрам на моем горле, оглядела изувеченную магическим огнем руку. Подивилась тому, как быстро все заживает. Затем попросила выполнить несколько несложных упражнений и, убедившись, что пострадавшая конечность функционирует нормально, разрешила приступить к работе.

Я же при этом отметил одну странную вещь – в сумеречном спектре девушка выглядела совершенно обычной. В том смысле, что никаких отличий от простых смертных у нее, как у магички, не было.

Это оказалось неприятным открытием – отличать мага и не мага я, как выяснилось, не мог. А может, просто не умел. Потому что, по словам Макса, разница была видна лишь тем, кто способен различать ауры, но мне, увы, это умение не досталось. И даже сумеречное зрение, как выяснилось буквально сейчас, в этом деле не помощник.