Читаем Изолятор полностью

– А это означает, что любые действия, предпринятые тобой от имени Центра контроля и предотвращения заболеваний, не имеют юридической силы. Твое единственное законное место – за столом в Атланте.

Я ощутил обиду. Причем настолько глубокую, что она могла бы повредить мне самому. А потому постарался как можно скорее закончить разговор:

– Ну, раз так, то административной дубине положены административные выходные. А это означает, что в офисе я появлюсь в понедельник.

Я нажал кнопку отбоя.

Паршивец тут же позвонил снова. Тогда я выключил телефон.

Итак, карьере Натаниеля Маккормика пришел конец. Наверное, я должен был удивляться и ее продолжительности, и тому, какое изобилие доброго и вечного я сумел посеять прежде, чем Тиму наконец удалось ее прервать. Но даже в подобных обстоятельствах я чувствовал себя вполне нормально. Конечно, тактика моя никуда не годилась – хотя для того, чтобы понять все ее слабости, требовалось время, – и все же я действовал правильно. Да, черт подери, я был прав.

Я открыл холодильник и достал бутылку пива. Да уж. Еще нет и шести утра, а я уже сосу пиво. Трудно даже определить, вызывает ли этот поступок гордость или презрение.

В запасе оставалось всего лишь два дня, так что пора было браться за работу. А потому я уселся на диван, нашел в телефоне номер Элен Чен и позвонил.

– Алло, – тут же ответила она.

Голос звучал энергично – моя бывшая дама сердца уже не спала. Более того, она даже была не дома. На заднем плане слышались голоса.

– Элен, это Натаниель Маккормик.

Она помолчала.

– Привет. Подожди секунду.

Я услышал, что, закрыв микрофон рукой, она произнесла несколько слов. Потом снова вернулась ко мне.

– Да? – прозвучал спокойный голос.

– Суббота, шесть утра, Элен. Где ты, в спортзале?

– На работе.

– Понятно. Ранняя пташка ловит первые солнечные лучи.

– Чего ты хочешь?

– Хочу узнать, что происходит.

– Я… – Она запнулась. – Я стараюсь защитить тебя, Нат.

– От кого именно?

– Нат, ради Бога. Уезжай. Возвращайся в Атланту. Ведь ты живешь там, так ведь? Забудь все, что здесь творится.

Я спросил себя, разговаривала ли она с Тимом Ланкастером.

– Не знаю, в чем конкретно ты замешана, Элен, – возразил я, – но это плохо. Очень плохо. Я понимаю, что здесь творится, и знаю, что никто из участников добром не кончит. А потому мой тебе добрый совет: не вмешивайся. Я не лечу в Атланту. Центр контроля не посылает меня в Атланту. – Оставалось лишь надеяться на то, что ложь звучит убедительно. – Лучше помоги мне распутать клубок.

Я помолчал, давая ей время осознать услышанное. Потом отчетливо, резко спросил:

– Что конкретно происходит?

Элен долго молчала, потом наконец произнесла:

– Движение.

– Что?

– Да, здесь просто безумие. Да и там тоже будет безумие, только немного позже.

Она несла какую-то чушь.

– О чем ты говоришь?

– Самый лучший путь к Кингс-Кэньон – это до Гилроя, а потом на запад. – Она помолчала, словно слушая собеседника. – Правильно. Да-да, на запад по пятьдесят шестой, а с нее – на пятую.

– Элен, что…

Я услышал, что она говорит с кем-то другим, не со мной. Слов, впрочем, разобрать не удалось.

Потом она снова заговорила в микрофон:

– Прежде чем попадешь в долину, обязательно посмотри поля. Это очень интересно.

Я начал кое-что соображать. Схватил клочок бумаги и ручку.

Она прошептала:

– Автоматические ворота, наблюдение, примерно тринадцать миль от шоссе № 101. – Потом заговорила громче: – Возьми побольше воды, в это время года в парке страшно жарко. Да-да. Будь осторожен. И не забывай обо мне. Помни, что именно я придумала это путешествие.

Она замолчала, словно слушая ответ. Я понял, что не должен ничего произносить, но тем не менее сказал:

– Спасибо, Элен.

– В это время года Кингс-Кэньон прекрасен. Не забывай, что именно я рассказала тебе о нем. Так что за тобой должок.

Она отключилась.

Некоторое время я сидел с телефоном на коленях, потягивая пиво. Так-так, Маккормик, бывшая подружка снабжает тебя полезной информацией. Сообщает, куда следует направиться. А также просит помощи.

Я вылакал остатки пива. Потом, чтобы сберечь аккумулятор, проверил, нет ли сообщений. Есть – два. Первое от Брук. Она спрашивает, где я, причем, судя по всему, очень тревожится. Второе, как я полагал, тоже должно быть от Брук. Оно пришло минут через десять после первого, в шесть с минутами.

Но зазвучал мужской голос:

– Доктор Маккормик, это Отто Фальк. Прошу прощения за беспокойство, за ранний звонок, но мне хотелось бы договориться о встрече до вашего возвращения на Восточное побережье. Надеюсь, нам удастся увидеться и побеседовать. Пожалуйста, позвоните.

Он оставил номер телефона.

– И что же, ты собираешься с ним встречаться?

– Разумеется.

Брук помолчала. Я слышал, как она дышит. Наконец, подумав, она снова заговорила:

– Я тоже пойду.

– Нет.

– Я должна…

– Ты должна вернуться сюда. – Я имел в виду ее квартиру. – Нужно, чтобы оставшиеся от доктора Тобел файлы по ВИЧ просмотрел специалист. Я же не понимаю, связаны ли они каким-то образом…

– Они не связаны.

– Мы этого не знаем.

– Мы это точно знаем. Важна работа фирмы «Трансгеника».