Читаем Изнанка полностью

Как раз в этот момент в их поле зрения попал Максим.

— Молодой человек, — обратился к нему один из них, — у нас тут с моим другом возник один спор. И прошу вас, рассудите нас. Мы спорили о том, как нашему славному императору стоит поступить с новыми землями: я утверждаю, что нужно установить тотальный контроль. Мой друг же утверждает, что им нужно дать свободу, и лишь немного контролировать. А как считаете вы?

Двое мужчин, как уже было сказано ранее, были среднего возраста. Гладкие подбородки, прически аккуратно подстрижены по меркам местной моды. Наверное, это все, что можно было сказать об этих людях. Абсолютно обычные, ничем не отличающиеся, как сотни других мужчин средних лет. Конечно, если их поместить в другой круг людей, более низкого класса, то естественно они бы отличались своими изысканными нарядами, культурой поведения, познаниями в различных областях, манерами и внутренней уверенностью в себе. А так, среди аристократов они были обычной серой массой.

— Приветствую вас! — сделал Максим легкий кивок головой, — Прошу извинить меня, если я вас чем–то обижу, но я считаю, что вы оба не правы. Позвольте объяснить. Что будет если установить тотальный контроль? Его нужно будет постоянно поддерживать, тратя на это очень много сил в виде человеческого ресурса, денег, а сколько средств уйдет только на сеть тайной канцелярии, чтобы заранее вылавливать особо недовольных. И если, вдруг этого не получится избежать, мы дадим слабину, то сразу же поднимется буча. С другой же стороны, если дать им много больше свободы, то, как это часто бывает, люди заблудятся в понятиях: они посчитают нас слабыми, и захотят скинуть ярмо. Опять же, мы получаем бучу.

— И что вы предлагаете? — спросил один из них.

— Обмануть их. Дать им иллюзию правления. Оставить их аристократию у власти, как было и раньше. Пусть думают, что для них ничего не изменилось. Пусть думают, что они хозяева, в то время как они всего лишь наши марионетки. Просто посмотрите на то, кем они были раньше. Они ведь являются одними из двух худших категории людей, какие вообще могут существовать.

— Какими же? — они уже поддались вперед ближе к Максиму. С каждым новым его словом, с каждым новым его высказыванием и умозаключением, он овладевал ими все больше и больше. По их восторженным взглядам, и чуть наклоненным корпусам было видно, как он проникает в их умы, мысли и убеждения.

— Скупыми богачами, — выдал Максим таким тоном, будто только что открыл одну из тайн мироздания. — Такие люди полагают, что раз уж они богаты, то они никому ничего не должны, и соответственно, могут вести себя как хотят. И что мы видим, смотря на них? Их богачи сделали своих собратьев своими личными животными — они породили рабство. Мерзкое, такое отвратительное порядочным людям вроде нас с вами, рабство, которое разлагает общество, как гангрена убивает организм.

— Вы абсолютно правы, юноша. А что же до второго типа?

— Это горделивые бедняки. Их мы можем видеть у наших западных соседей — у Геовской империи. Посмотрите на их народ. Их народ болен высокомерием и горделивостью, поэтому считают, что им все должны, и от этого они ничего не должны делать сами. То, что они империя всего лишь название. Их император не имеет никакой власти. Власть захватил народ, создав какой–то там сенат. Они заседают у себя в курии, сотрясают воздух громкими словами о том, что такое свобода и равноправие для всех. Они называют это демократия. Но как могут быть равны благородные с рождения, умные, знатные люди, которые благодаря своему труду, умениям, гибкому уму и знаниям добились высот и тех тунеядцев, что на утро не помнят, что с ними было вечером?

— Да, да, не могут, — поддакивали они.

Максим говорил много, но ничего конкретного на их вопрос он так и не ответил. Впрочем, необходимость в этом уже отпала, так как он окончательно овладел своими собеседниками.

— Знаете, если все юноши вашего возраста рассуждают как вы, то я не беспокоюсь за будущее — оно в надежных руках.

— Да, поистине так, — подхватил второй, — Позвольте узнать ваше имя.

— Максимилиан Луций. Являюсь лучшим студентом на своем курсе в академии.

— Оно и видно, я в этом не сомневался. Меня зовут Бэнкс, а это мой друг Роллеус. Вы, должно быть, слышали про одно предприятие под названием Бальмен.

— Еще бы не слышал: самый крупный банк империи, — улыбка озарило лицо Максима.

— Думаю, вы догадались, кто мы, — улыбнулся в ответ человек, представившийся как Бэнкс, — И вот что еще: если вам когда–то понадобятся услуги нашего банка, то просто найдите меня. Я буду очень рад, если столь разумный юноша найдет свое место у нас. Ну, или хотя бы будет нашим клиентом.

— Я очень польщен вашим вниманием, и непременно как–нибудь обращусь к вам.

После этих слов они раскланялись, и Максим вернулся к Танулу.

— И как? — задал свой вопрос Танул.

— Прекрасно. Я чувствую себя…даже не знаю, как описать это состояние.

— Собой? — подсказал кочевник.