Читаем Измаил-Бей полностью

Встает, глядит кругом Селим:Всё неподвижно перед ним!Зовет: – и тучка дождеваяЛетит на зов его одна,По ветру крылья простирая,Как смерть, темна и холодна.Вот, наконец, сырым покровомОдела путников она,И юноша в испуге новом!Прижавшись к другу с быстротой:«О, пощади его!.. Постой! —Воскликнул он, – я вижу ясно,Что ты пришла меня лишитьТого, кого люблю так страстно,Кого слабей нельзя любить!Ступай! Ищи других по свету…Все жертвы бога твоего!..Ужель меня несчастней нету?И нет виновнее его?»

31

Меж тем, подобно дымной тени,Хотя не понял он молений,Угрюмый облак пролетел.Когда ж Селим взглянуть посмел,Он был далеко! ОсвеженныйЕго прохладою мгновенной,Очнулся бледный Измаил,Вздохнул, потом глаза открыл.Он слаб: другую ищет рукуЕго дрожащая рука;И, каждому внимая звуку,Он пьет дыханье ветерка,И всё, что близко, отдаленно,Пред ним яснеет постепенно…Где ж друг последний? Где Селим?Глядит! – и что же перед ним?Глядит – уста оледенели,И мысли зреньем овладели…Не мог бы описать подобный мигНи ангельский, ни демонский язык!

32

Селим… и кто теперь не отгадает?На нем мохнатой шапки больше нет,Раскрылась грудь; на шелковый бешметВолна кудрей, чернея, ниспадает,В печали женщин лучший их убор!Молитва стихла на устах!.. а взор…О небо! небо! Есть ли в кущах раяГлаза, где слезы, робость и печальОставить страшно, уничтожить жаль?Скажи мне, есть ли Зара молодаяМеж дев твоих? и плачет ли она,И любит ли? но понял я молчанье!Не встретить мне подобное созданье;На небе неуместно подражанье,А Зара на земле была одна…

33

Узнал, узнал он образ позабытыйСреди душевных бурь и бурь войны,Поцеловал он нежные ланиты —И краски жизни им возвращены.Она чело на грудь ему склонила,Смущают Зару ласки Измаила,Но сердцу как ума не соблазнить?И как любви стыда не победить?Их речи – пламень! вечная пустыняВосторгом и блаженством их полна.Любовь для неба и земли святыня,И только для людей порок она!Во всей природе дышит сладострастье;И только люди покупают счастье!

* * *

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия