Читаем Излеченные души полностью

Мое дыхание ускорилось, и когда я опустила взгляд, то сама того не ведая накрыла его руку своей. Моя маленькая рука лежала на его большой. Я пыталась сохранять спокойствие, отчаянно пыталась не чувствовать страх.

Посмотрев на Флейма увидела, что его глаза расширены как блюдца, а голова дергалась.

— Мэдди, — прошептал он, затем резко выдохнул.

Его взгляд метался между моим лицом и нашими соединенными руками.

— Ты теплый, — прошептала я, чувствуя жар, исходящий от его кожи. Мое сердце ускорило бег, но смотря на наши руки, я провела мизинцем по его коже. Флейм напрягся и застонал в одно и то же время, но не отдернул руку.

— Ты мягкий, — добавила я, смотря ему в глаза.

Я наблюдала за Флеймом, мое сердце сжалось, когда я решила, что он отдернет руку. Но к моему удивлению, он перевернул ее, коснувшись ладонью моей. Я ахнула от ощущения незнакомого тепла. Но затем Флейм широко расставил пальцы и переплел свои с моими.

Мы смотрели друг на друга.

Мы дышали.

Захваченная моментом и ошеломленная эмоциями, я сохраняла тишину. Но затем Флейм сказал:

— Как на твоем рисунке.

Я посмотрела ему в глаза и сглотнула ком.

— Как на моем рисунке, — прошептала, ощущая бабочек в животе. Надежда пробудилась во мне, и я сжала пальцы сильнее вокруг него.

Флейм не отреагировал.

— Я могу дышать, — выпалил он. Мое тело наполнилось радостью. Я ясно видела выражение неверия на его лице.

— Я могу дышать, — повторил снова. И затем я услышала, как он тихо продолжил себе под нос, одновременно с этим слегка сжимая мои пальцы одиннадцать раз. На числе одиннадцать он шокировано выдохнул.

Затем его глаза расширились, и он прохрипел.

— Тебе не больно... Я... Я не сделал тебе больно...

Желая быть ближе, я придвинулась так близко, что наши грудные клетки почти соприкасались.

— Мне не больно, — заверила. Покраснев, я призналась: — На самом деле я не чувствовала такого... удовлетворения... всю свою жизнь.

— Мэдди, — прошептал Флейм, и мое сердце растопило, когда он неловко коснулся своим большим пальцем моего. Мое тело покрылось мурашками от ощущения грубой подушечки пальца на моей коже.

Затем я шокировано ахнула, когда между моих ног возник странный трепет. Склонив голову, я заметила, что Флейм поправляет штаны спереди другой рукой.

Это ощущение... оно было так в новинку. Я не знала, что с этим делать. И все из-за одного касания.

— Мэдди, — простонал Флейм, но тон его голоса изменился. Ушла боль. Появилось желание.

— Флейм, — прошептала я в ответ. Затем Флейм облизал свою нижнюю губу, и мой взгляд сосредоточился на его рте.

Я наклонила голову вперед, инстинктивно ища то, что мое сердце просило меня принять. Дыхание Флейма участилось, и он спросил:

— Мэдди. Что ты делаешь?

— Я... я хочу узнать, какие твои губы на вкус, — поспешно призналась. Рука Флейма сжала немного сильнее.

— Я никогда не делал этого прежде, — признался он. — Никогда не делал ничего подобного прежде. — Затем Флейм закрыл глаза, и я по его губам прочитала, что он отсчитывал до одиннадцати.

Когда досчитал до одиннадцати, снова открыл глаза, но в его взгляде все еще читалось неверие. Он немного отодвинулся и осмотрел мое тело, будто проверял на повреждения.

— Я в порядке, Флейм, — заверила его снова, и он опустил голову, своим лбом касаясь моего. Мы оба замерли из-за нового контакта, но никто из нас не отодвинулся.

И затем я переместила руку, все еще сжимая его. Тело Флейма было напряжено, как твердый металл. Но мне было нужно прикоснуться к его лицу, я провела кончиком указательного пальца по его бородатой щеке. Паника во взгляде Флейма никуда не уходила, а на шее были видны все вены.

Когда достигла его подбородка, провела пальцем снова к щеке и обратно. Я проделала это одиннадцать раз. На цифре одиннадцать, когда ничего не произошло, губы Флейма задрожали.

— Тебе не больно, — сказал он сломленным голосом, в котором звучало облегчение.

— Мне не больно, — подтвердила я шепотом. Наши руки все еще были соединены, моя грудная клетка слегка касалась его, мы оба замерли.

Мы дышали.

Смотрели друг на друга.

Подняв свободную руку, Флейм поднял ее к моей щеке, его ладонь нависла над моей кожей. В его взгляде я видела, как безумно он хотел прикоснуться к моему лицу. Поэтому, подняв свою свободную руку, я нежно прикоснулась к тыльной стороне его ладони, прижимая ее к моей щеке.

Как только он коснулся моего лица, что-то внутри меня освободилось. Годы и годы страха. Свобода от страха мужчин, от жизни во лжи.

Я наслаждалась происходящим. Наши соединенные руки, ладони прижатые к щеке Флейма и моей. Я снова посмотрела на губы Флейма, заметив мое внимание, он напряг мышцы живота, заерзав бедрами. Я не могла отвести взгляда.

Рука Флейма на моей щеке усилила хватку, и когда увидела огонь в его глазах, когда он смотрел на мои губы, искра проскользнула между нами.

— Мэдди, — простонал Флейм, в то время как его грудь тяжело поднималась.

— Флейм, — его имя сорвалось с моих губ в ответ.