Читаем Изюмка полностью

Изюмка сидел за столом и рисовал на листке зевающего моржа. Варька вихрем влетела в комнату и крикнула: „Изюм! Иди к окну!“ – Изюмка подошел к окну, лег на подоконник, быстро осмотрел двор, но не увидел ничего замечательного. Оглянулся на торжествующую, тяжело дышащую Варьку: „А чего там?“ – „Машину, машину видел?!“ – „Машину? – Изюмка еще раз глянул в окно и успел заметить скрывающийся в подворотне вишневый „москвич“. – „Ну, видел. Уехала. А чего?“ – „А того, что это я на нем приехала,“ – Варька с размаху упала на диван. Пружины жалобно скрипнули, – „Ты? – удивился Изюмка, – А почему?“ – „А потому, что меня Георгий подвез. К самой парадной. Вот так. И все видели.“ – „Ну и чего с того?“ – спросил Изюмка. – „Дурак ты! – беззлобно выругалась Варька и легла, задрав ноги на спинку дивана. – Тебя когда-нибудь на машине возили?“ – „Нет,“ – подумав, сказал Изюмка. – „Ну вот,“ – назидательно утвердила Варька, считая вопрос исчерпанным.

– „Чего дверь-то не закрыли?“ – с порога спросила вошедшая Светка. – „Ты машину видела? – вместо приветствия выпалила Варька, – Во дворе?“ – „Москвич-то? Видела. А чего?“ – с беспокойством спросила Светка. – „Это меня Георгий на нем катал“, – Варька торжествующе улыбнулась. – „Ну да? – недоверчиво переспросила Светка, но по лицу было видно – поверила. – Вот тебе и да, – Варька потянулась. – Я тебе потом расскажу.“ – „А на вечер-то ждешь? В школу?“ – „Ой! Да! – спохватилась Варька. – Я и забыла совсем!“ – „Ну так давай собирайся. Я за тобой в полседьмого зайду,“ – сказала Светка и быстро ушла. Вид у нее был подавленный.

Варька вскочила с дивана и закружилась на одной ноге, взмахивая руками. – „Ты прямо как эта, балерина, – сказал Изюмка. – Только юбочку такую нужно, коротенькую…“ – „Да! К вопросу о юбочках… – Варька опустилась на стул и прикрыла щеки ладонями. – А чего же я на этот вечер надену?“ – Изюмка пожал плечами и отвернулся. Варька сидела на стуле, думала и как-то все больше обмякала. Лицо ее из оживленного стало злым. Неожиданно для Изюмки Варька выругалась. – „Ты чего?!“ – удивился Изюмка. – „А того! Первый бал Наташи Ростовой! – зло сказала Варька. – А надеть нечего!“ – „Попроси у Светки, – посоветовал Изюмка. – Как на дискотеку. У нее много всего – она даст.“ – „В школу нельзя. Там все девчонки знают, что ее. Смеяться будут.“ – „Почему?“ – удивился Изюмка. – „Потому что дуры!.. Ой! Мне же еще к Алевтине надо! Я обещала… Я сбегаю, а ты Светке скажи, чтобы подождала…“

От Алевтины Варька вернулась быстро, Светки еще не было. Долго рылась в шкафу среди разноцветного тряпья, потом что-то колдовала с шипящим утюгом, и, наконец, появилась перед Изюмкой в короткой, выше колен, синей юбочке, в которой с трудом можно было узнать деталь от пионерской формы, и в красиво блестящей кофте с широкими рукавами. – „Ну как?“ – спросила, тревожно блестя глазами. – „Хорошо,“ – сказал йзюмка, немного подумал и нарисовал в пасти у моржа маленькую печальную собачку с висячими ушами.

Пришла Светка со своей косметичкой, похвалила варькин наряд и вместе с Варькой ушла на кухню краситься.

Вернулась Варька поздно. Изюмка уже спал, но проснулся от ее шагов и поднял голову. Варька смотрела на него с ожиданием. – „Ну как?“ – спросил Изюмка, зевнул и уронил голову на подушку.

„Значит так. Меня три раза приглашали, – начала рассказывать Варька. – Два раза – ерунда: Кешка-придурок из параллельного и Димка Денисов. А один раз – из десятого класса. Я узнала, зовут – Роман. Красивое имя, правда? Он говорит: кем ты хочешь быть? Я говорю: мне все равно, лишь бы жить хорошо. А он смеется. А сам будет поступать в Макаровку… Он меня потом еще хотел пригласить, я видела, но его какая-то дылда рыжая увела. Из десятого… А еще, знаешь, Ольга Ружецкая стихи читала. Дурацкие какие-то. – Голубой колокольчик звонит о синем небе“ – в общем, ерунда. А с ней пришел парень, тоже из этих, из поэтов. Она с ним там где-то вместе занимается… Так она так воображала! Юбка вот такая бархатная, до полу, кофта белая со стойкой… Этот парень хотел Инке Мельниковой свои стихи прочитать, так Ольга его считай за руку оттащила. Представляешь?! А сама-то из себя – ни рожи, ни кожи. И стихи дурацкие… Я понимаю там – Пушкин…

А вообще все здорово. Все такие на себя непохожие, нарядные. Курят – считай, не прячутся. Светка говорит, что парни в туалете вино пили, но это я не знаю… Эй, Изюм, ты чего, спишь, что ли?!

– „А?.. Я? Нет!..“ – пробормотал Изюмка.

Варька оскорбленно фыркнула и ушла в ванную.