Читаем Изгой 6 полностью

Появившийся впереди пригорок я преодолел в два прыжка, третий совершил уже с его вершины, оказавшись посреди беспорядочной драки, по-другому не назвать. Два человека лежали в окровавленной грязи, зажимая ладонями раны, рядом сидел скрючившийся гном схватившийся за живот, по располосованной кожаной куртке быстро расплывалось красное пятно. В шаге от гнома валялись костяные обломки и расколотый череп с всаженным в него топором. А дальше все еще шла битва пяти моих воинов против двух потрепанных пауков и двух шурдов с луками. Позади них высилась зловещая киртрасса явно пытающаяся на скорую руку создать очередную иллюзию. Повезло – вступи она в прямой бой, все было бы уже закончено.

С силой взмахнув рукой, я бросил меч, глубоко вонзившийся в узкую грудь одного из шурдов, уже натянувшего тетиву. В этот момент бой, по сути, завершился – вся нежить, едва я только появился, круто развернулись и бросились бежать, оставив оставшегося в живых шурда и его умирающего собрата на произвол судьбы. Быстро соображают, несмотря на отсутствие мозгов и сразу поняли, что все шансы на победу утеряны.

- Шурда брать живым! – крикнул я, бросаясь следом за тварями.

Мелькнувший рядом со мной короткий арбалетный болт ударил одного из улепетывающих пауков в затылок черепа и засел глубоко внутри. Нежить это не убило, но холодный металл внутри черепа сыграл роль огненной плетки – паук с визгом закрутился на месте, забил лапами, пытаясь достать ими до головы и вырвать приносящий страдания предмет. В этот момент его настиг я, приземлившись обеими ногами на макушку черепа, расплющив его и вбив в грязь. Костяные лезвия и крючья лап в последний раз стегнули меня по закованным в металл ногам, но я не обратил внимание на агонию изначально мертвого уродца, не отрывая взгляда от бегущей киртрассы.

Погоня завершилась только шагов через двести, когда я наконец-то сумел догнать непрерывно визжащую тварь и сокрушить ее несколькими ударами щупалец. Внутри ледяных отростков запульсировала крошечными огоньками переходящая в меня жизненная энергия, у моих ног распласталась уничтоженная тварь, а далеко-далеко впереди стремительно исчезал последний противник – неожиданно быстроногий костяной паук, двигающийся так быстро, что сумел оторваться от меня и с каждым мгновением увеличивал отрыв. Упускать его нельзя. Никак нельзя! Едва только нащупав взором последнюю тварь, я вновь сорвался с места. Последняя схватка произошла у самого входа в разрушенный рудник. Костяной паук наверняка видел зияющую в теле скалы дыру и запомнил ее местоположение.

Позади меня раздавался тяжелый топот ниргалов, изредка пролетали режущие воздух арбалетные болты, но костяной паук метался из стороны в сторону и выстрелы проходили мимо. Он слишком быстр…

Выручили меня гномы. Не знаю, как это им удалось проделать так быстро, но гномы сумели за очень короткое время перебраться с одного гранитного отрога Подковы на другой, и едва только им это удалось, сверху полетели камни – от размера с кулак до величины в человеческую голову и больше. На бегу задрав голову, я увидел прыгающих по мокрым и скользким камням коротконогих гномов, пытающихся не отстать от быстроного противника и продолжающих метать и метать камни. Похоже сам Темный благоволил этой уродливой нежити и пауку удавалось каким-то чудом избегать попаданий. Камни падали вокруг него будто каменный дождь извергнувшийся с пасмурных небес. Дело решили два одновременно упавших округлых камня с уже знакомыми мне рунами на боках. Сухо треснуло, во все стороны разлетелись мелкие каменные осколки, несколько из которых простучали по моим доспехам и шлему. Я попадания пережил. Паук тоже – ценой одной сломавшейся лапы. Мелочь, учитывая, что этих лап у него еще целая куча. Но ритм его движения сбился, тварь замедлилась, и я догнал ее в считанные минуты, сумев ухватиться за заднюю ногу и рывком подтянуть к себе. Дальше все сделали прожорливые щупальца, в мгновение ока, выпив всю имеющуюся в нежити жизненную энергию. На землю посыпались костяные осколки, упал на бок зубастый череп с навсегда потухшими глазницами.

Убедившись что дело сделано, я коротко махнул рукой так выручившим нас всех гномам, продолжающих наблюдать с верхотуры и направился назад, навстречу ниргалам, шагая к месту последнего скоротечного боя. Я видел троих серьезно раненых или уже умирающих. Два человека и один гном. Остальным тоже досталось от лезвий пауков и шурдских стрел, запросто могущих быть отравленными. Спустя пятьдесят быстрых шагов до моего слуха донесся жалобный вой. Еще через сорок шагов, я понял, что воющий крик издает скорчившийся в грязи темный гоблин, по чьему телу с остервенением бьют ногами воины.