Читаем Изгой полностью

Он сложил куски жареного мяса, перевязав их ветками дикого винограда. Англичанин сообразил, что даже без костра они в ближайшее время будут есть свежее мясо.

Один раз они наткнулись на след медведя. Филипп подумал, было, что они выследят и убьют зверя, но Ренно рассудил иначе.

– Медведь мой брат, – сказал он.

Вечером, после ужина, Ренно рассказал спутнику о маленьком медвежонке, которого он спас когда-то, о том, как Ягон вырос, ушел в лес и жил самостоятельной жизнью. Рассказал и о том, как Ягон однажды спас ему жизнь.

Если бы сэр Филипп Ранд услышал эту историю в Лондоне, он бы посмеялся над рассказчиком, но в глуши североамериканского леса сразу поверил Ренно. С каждым шагом; приближавшим их к французской Канаде, он все больше уважал Ренно и восхищался им. Только теперь Филипп стал понимать, как англичане недооценивают индейцев. В характере индейцев есть нечто мистическое, таинственное, но чужаки редко видят это качество и не могут его оценить. У таких людей, как Ренно, свои устои.

День проходил за днем. Майор уже сбился со счета. Ренно сообщил ему, что они вступили на земли гуронов. Для майора так и осталось загадкой, чем отличается этот лес от того, по которому они только что шли, и который считался землей могауков. Ренно улыбнулся и пожал плечами.

Наконец они вышли к реке Святого Лаврентия, немного восточнее небольшого французского поселения торговцев пушниной под названием Монреаль. Они осторожно пробирались на восток к Квебеку. Однажды ночью Ренно заявил, что через два дня они будут на месте.

Действительно через два дня, как и говорил Ренно, они вышли к опушке и за деревьями увидели бастионы Цитадели. Крепость на горе Квебек была окружена высоким частоколом. Путешествие подошло к концу.

Они открыто вышли из лесу и спокойно направились к реке Святого Лаврентия, на другом берегу которой стоял Квебек. Возможно, караульные не заметили их, потому что все было тихо. Тогда Филипп поднял мушкет и выстрелил в воздух.

Цитадель мгновенно ожила. Через город, который находился у подножия форта, в сторону доков пробежали офицер и несколько солдат в белой с золотом форме французской пехоты. Они сели на баржу, которой управляли шестеро бородачей в гражданской одежде из оленьей кожи. Ледоход на реке делал это занятие довольно рискованным.

Филипп привязал полоску белой материи к дулу своего мушкета и поднял его высоко в воздух.

Офицер, молодой лейтенант, сошел на берег с пистолетом в руке, а солдаты навели на незнакомцев мушкеты.

– Меня зовут сэр Филипп Ранд, в прошлом боевой офицер Гренадерского гвардейского полка[27] Его Величества короля Великобритании, – сказал Филипп по-французски. – А это мой друг Ренно, в прошлом из племени сенеков. Мы пришли, чтобы предложить свои услуги вашему главнокомандующему.

Молодой француз был потрясен.

– Генерал де Мартен сейчас находится с коротким визитом в Квебеке, – ответил он, – и я не сомневаюсь, что он по достоинству оценит ваше предложение. А пока вы мои пленники. Будьте добры, сдайте оружие.

Ренно протянул томагавк, нож, лук и стрелы солдату. Без оружия он чувствовал себя словно голым.

Их с Филиппом посадили у противоположных бортов баржи, но они и не пытались переговариваться. Во время нападения на Квебек Ренно видел город лишь ночью, и пока их с Филиппом вели по извилистой дороге наверх в Цитадель, он с большим интересом рассматривал маленькие дома и еще более маленькие магазины. Он решил про себя, что Квебек значительно больше по размеру форта Спрингфилд, но меньше Бостона. Здесь было много индейцев. По боевой раскраске он узнал гуронов, оттава и алгонкинов; принадлежность к тому или иному племени нескольких индейцев он не мог определить точно, но решил, что скорее всего это были абнаки, жившие дальше на севере.

Жители Квебека почти не обратили внимания на незнакомцев. Мужчины были одеты в одежды из оленьих шкур, женщины в шерстяные платья; многие даже не отрывались от своих занятий, чтобы поглазеть на пленников. Несколько индейцев пристально рассматривали Ренно, но он делал вид, что не замечает их взглядов. Ему предстояло сложное дело, и без привычной боевой раскраски и без оружия он чувствовал себя не в своей тарелке.

Караульные в белой с золотым форме открыли массивные деревянные ворота. Филиппа куда-то увели. Сержант провел Ренно и сопровождавших его солдат к деревянному домику. В очаге горел огонь, по стенам стояли стол, стулья и кровать. Ренно оставили в домике, дверь снаружи закрыли на тяжелый засов.

Ренно сел, скрестив ноги, на пол у очага и попробовал собраться с мыслями.

Вскоре в домик вошел военный вождь гуронов. Он быстро приветствовал Ренно и спросил:

– Кто ты и почему ты здесь?

– Я Ренно, в прошлом из племени сенеков. – Ренно поднял вверх ладонь с клеймом.

Военный вождь внимательно осмотрел ладонь, но клеймо было настоящим.

– Почему племя сенеков заклеймило тебя как предателя?

– Я хотел помочь моему другу. Англичане прогнали его, а я остался его другом. Сенеки теперь дружат с англичанами, вот они и прогнали меня.

Гурон сверлил Ренно взглядом и продолжал задавать вопросы.