Читаем Изгой полностью

Спустя четверть часа на поле боя вернулись те солдаты обеих армий, которые еще крепко держались на ногах. Мертвых складывали на повозки, раненых переносили к своим. Кое-кто мог двигаться сам, им нужно было лишь помочь. Бывшие враги сейчас никакого внимания друг на друга не обращали. Индейцы, наблюдавшие за этой сценой, поражались, до чего же непоследовательны эти белые выходцы из Старого Света. Только Ренно понимал мотивы европейцев и знал, что им присуще сострадание. Индейцы редко заботились о раненых, но те, кто вырос во Франции или Англии, воспитывались на других устоях.

В лагере английских колонистов врачи и хирурги тут же принялись за работу, перед входом в передвижной госпиталь образовались очереди. Тем временем в лагере развели костры и, по приказу генерала Пепперелла, приготовили сытный ужин. Каждому солдату полагалась солидная порция рома.

Обе армии понесли тяжелые потери. Больше всего пострадала британская регулярная армия, погибло семьдесят человек, было ранено двести. В рядах ополченцев потерь было мало, а у индейцев и того меньше.

Военачальники перед ужином собрались на совещание. Офицеры тоже потягивали ром из кружек. Настроение у всех было мрачное.

– Джентльмены, – начал лорд Данмор, – день был нелегкий, и мы потеряли много людей.

– Единственное наше утешение, – ответил бригадный генерал Уилсон, – то, что у французов потерь и того больше.

Полковник Ридли снял широкополую кожаную шляпу и провел рукой по седым волосам.

– Черт бы меня побрал, если я понимаю, зачем вообще де Мартен начал эту битву. Или почему вначале послал в бой лишь французскую пехоту.

Генерал Пепперелл покачал головой.

– Я и сам немало озадачен, – признался он. – Ведь если де Мартен хотел нас разгромить, то почему не обрушил на нас с самого начала всю мощь своей армии?

– Может, он опробовал на нас какую-то новую тактику… И у него ничего не вышло, – высказал свое предположение Эндрю Уилсон.

Джефри Уилсон тихо переводил все, что говорилось, для Гонки, который вдруг улыбнулся и обратился к остальным офицерам на английском языке.

– У французов военная лихорадка, – сказал он. – Гуроны, оттава и алгонкины хитрее. Вступили в бой, когда французов уже сильно помяли.

Все поняли, что имел в виду Гонка под словами «военная лихорадка», и решили, что индейский вождь прав. Французы так долго просидели взаперти в форте Луисберг, что уже места себе не находили, и если бы де Мартен не послал их в бой, они, того и гляди, подняли бы восстание. По всему видно, что вождь сенеков неплохо разбирается в солдатской натуре.

Великий сахем продолжал:

– Сегодня погибло много французов. Теперь все понимают, что Франция проиграет войну. Скоро Луисберг будет наш.

К концу сентября ночи стали прохладнее, листья на низкорослых деревьях Кейп-Бретона становились желтыми и красными, в воздухе запахло осенью. Тяжелораненых отправили в Бостон на борту гражданских судов, которые уже вернулись и привезли англичанам и колонистам очередную партию продовольствия и других припасов.

– Если возникнет необходимость, – заявил генерал Пепперелл, – мы останемся зимовать прямо здесь, хотя мне самому такая перспектива не слишком нравится. Люди могут замерзнуть и заболеть.

– Возможно, проблемы последуют совсем с другой стороны, – возразил Эндрю Уилсон. – Ополченцы поговаривают о том, чтобы вернуться домой. Они провели здесь много месяцев, сроки их контрактов давно истекли, и они не собираются оставаться до скончания века.

Они сидели вдвоем с Пеппереллом в палатке генерала, но тот все равно понизил голос:

– Французам приходится гораздо хуже, чем нам, вот я и подумал…

Бригадный генерал Уилсон просиял:

– То есть вы хотите напасть на Луисберг и тем самым завершить наконец эту осаду?

Пепперелл кивнул:

– Риск, конечно, огромный. Но французы уже не так сильны, как вначале. И мне бы хотелось, чтобы мы это сделали до того, как наши полки начнут разбредаться по домам.

– Подними этот вопрос перед остальными командирами, Уилл. Надо узнать их мнение.

Генерал вызвал к себе в палатку всех командиров и обрисовал им свой план.

Лорд Данмор вскочил на ноги:

– Мои люди так истосковались по цивилизации, что готовы на куски разорвать этот Луисберг. Я целиком и полностью вас поддерживаю, генерал!

– Виргинцы готовы атаковать крепость прямо сегодня, – заявил полковник Ридли.

– Мы «за», – сказал командир ньюйоркцев, его поддержали командиры ополчения от Коннектикута, Род-Айленда и Нью-Гэмпшира.

Бригадный генерал Уилсон тоже высказал свое мнение:

– Я всегда стараюсь избегать лишних потерь, но, боюсь, выбор у нас невелик. Если мы не нападем на крепость сейчас, осада будет продолжаться неопределенно долгое время, ополченцы сотнями станут уходить домой, остальные заболеют и начнут тосковать. Оставшиеся сражаться не смогут, и тогда все, чего мы добились, будет впустую. Так что, по-моему, выбора нет. Массачусетс отдает полный отчет в возможных последствиях и все равно голосует «за».

Последним слово взял Гонка.