Он должен сообщить им то, о чем сам узнал совсем недавно!

— Реймонд знает о том, что случилось с Донланом.

Взгляд Вальпараисо стал жестким и колючим.

— Откуда?

— Сам вычислил.

— Это ты ему рассказал! — прорычал Полчак, и Джон увидел, как сжались его кулаки. Обуревавшие его демоны вернулись и снова обрели над ним власть.

— Нет, Лен, я ничего ему не говорил. Он сам каким-то образом догадался. Вот для чего в аэропорту ему понадобился Дэн Форд. Он собирался рассказать ему об этом на тот случай, если я поведу себя не так.

— Дэна Форда здесь сейчас нет, и его появления не предвидится. — Хэллидей поглядел на Вальпараисо. — Ну что, поехали?

— Подождите! — резко проговорил Бэррон. — Я еще не все сказал. Реймонд сочинил отложенные сообщения для электронной почты, которые обещал отозвать в случае, если ему удастся благополучно выбраться из страны. Он адресовал их окружному прокурору, Союзу защиты гражданских свобод, ФБР, Дэну Форду и еще многим другим. По его словам, в этих сообщениях он подробно рассказал обо всем, что произошло в гараже. Они, конечно, не могут рассматриваться в качестве неопровержимого доказательства, но этого будет достаточно, чтобы на нас со всех сторон посыпались вопросы.

— Джон, этот парень — убийца полицейских, — спокойно произнес Хэллидей. — Никто не поверит ни единому его слову.

— А если поверят?

— Ну и что? — презрительно фыркнул Лен. — Его слово против нашего. — Поглядев на Вальпараисо, он, казалось бы, совершенно не к месту добавил: — Марти, а кофе-то остывает.

4.44

Предутреннюю тишину нарушило хлопанье автомобильных дверей, и обе машины тронулись в том же направлении, в каком они ехали до того, как остановиться у кафетерия: Хэллидей — впереди, Вальпараисо — за ним.

Выехав из промышленного района, они миновали отель «Бербанк аэропорт», затем перевалили через железнодорожный переезд линии поездов пригородного сообщения компании «Метролинк». Хэллидей вел машину молча, два закрытых стаканчика с кофе, стоявшие на картонном подносе между ним и Бэрроном, оставались нетронутыми.

«Его слово против нашего».

Слова Полчака продолжали звучать в ушах Джона, и он словно наяву видел его презрительную гримасу. Но никакого «нашего» слова быть не могло! Могло быть только «их». Героическая операция в аэропорту осталась позади, и теперь Бэррон снова не принадлежал к их братству, как и после убийства Донлана. Пусть у Полчака не все в порядке с мозгами, пусть все они свихнулись на «славной истории» бригады 5–2, пусть после смерти Рыжего он сам едва не превратился в одного из них, сейчас Бэррон был твердо уверен в одном: он уже не является частью 5–2. Он не такой, как они, и никогда им не будет. Своими острыми когтями совесть вцепилась в него мертвой хваткой и теперь уже не отпустит никогда.

Автомобиль взвизгнул шинами на крутом повороте, и этот звук отвлек Бэррона от его невеселых раздумий. Хэллидей свернул в боковую улочку. Вскоре машина сделала еще один поворот, и они оказались в узком, темном переулке, по обеим сторонам которого тянулись дешевые автомастерские. Они остановились напротив темного и ветхого цеха по покраске автомобилей. Секундой позже позади их машины затормозил Вальпараисо, осветив их фарами своего «форда». Затем свет погас. Бэррон непроизвольно огляделся. Все окрестности были погружены во мрак. Здесь царили запустение, упадок и не было видно ни одной живой души. Вдалеке, примерно в четверти мили отсюда, виднелись огни круглосуточного кафе, у которого они только что останавливались.

Сзади послышалось хлопанье автомобильных дверей. И Бэррон увидел, как Полчак и Ли тащат Реймонда к заброшенной автомастерской, расположенной на противоположной стороне переулка. Вальпараисо, который что-то нес в руках, пинком ноги распахнул дверь, и все четверо скрылись внутри.

— На сей раз ты заранее знаешь, что должно произойти. — Хэллидей открыл дверцу. Зажглась лампочка на потолке машины, и Бэррон увидел, что Джонни словно невзначай распахнул полы кителя патрульного, демонстрируя «беретту». — Пойдем, Джон.

71

4.57

Когда Бэррон и Хэллидей вошли в помещение, закованный в наручники Реймонд стоял под единственной горевшей здесь флуоресцентной лампой. Полчак — слева от него, Ли — справа. Вальпараисо находился чуть в стороне, рядом с верстаком, на котором стоял захваченный им из машины один из стаканчиков с кофе. В густом сумраке, скопившемся в дальнем конце мастерской, нереальной, призрачной скульптурой маячил старенький «фольксваген-жук». Перед покраской его стекла и шины были заклеены бумагой, а кузов уже покрыт светло-серой грунтовкой.

Войдя внутрь следом за Бэрроном, Хэллидей закрыл за собой дверь. Джон встал позади Вальпараисо и увидел, что глаза Реймонда устремлены на него. В них читались отчаяние, мольба, зов о помощи. Что ж, даже если бы он захотел ему помочь, то вряд ли смог бы это сделать. Все, что ему оставалось, — стоять и наблюдать за происходящим.

Но Реймонд продолжал смотреть на него, и в его взгляде читался не столько страх, сколько высокомерное нетерпение. Он не просил о помощи. Он ждал ее.