Коваленко не поделился своими наблюдениями с Мартеном, но, когда они приехали на виллу, от его внимания не укрылся президентский лимузин, припаркованный среди остальных. Завтра на форуме президент Гитинов должен был выступить с публичным объявлением о восстановлении монархии в лице Питера Китнера. Учитывая весь нынешний антураж, бронированные автомобили на въезде, лимузины, приезд важных гостей, не говоря уже о присутствии Мурзина, имелись все основания предполагать, что президент мог уже находиться здесь. Но крайне маловероятно то, что президент прибыл сюда машиной без сопровождения. Гитинов передвигался не иначе как в кортеже из трех-четырех лимузинов одной модели, с тем чтобы снайперу или террористу в случае чего было трудно догадаться, в каком же автомобиле едет сам президент. Более вероятным выглядело то, что он просто прилетел вертолетом. Так безопаснее и менее драматично.

Но остается вопрос, кто же тогда приехал в лимузине. Вероятный ответ, в особенности с учетом наличия здесь Мурзина, заключался в том, что машиной воспользовался какой-нибудь российский государственный деятель или группа деятелей, близких по степени влияния к президенту. В данный момент одного отдельного человека, который мог бы поспорить с Гитиновым по части властных полномочий, попросту не существовало. Зато был триумвират, назвать который без запинки мог каждый: мэр Москвы Николай Немов, министр обороны Российской Федерации маршал Игорь Головкин и Святейший Патриарх Григорий II. А если они здесь, да еще Гитинов приедет…

Дверь открылась, и вошел Мурзин в сопровождении своих молодцов.

— Вы Юрий Коваленко из МВД, — спокойно проговорил Мурзин.

— Совершенно верно.

— И сегодня должны были вернуться в Москву.

— Да.

— Но не вернулись.

— Нет.

— Почему?

— Я сопровождаю господина Мартена. Его сестра обручена с Александром Кабрерой. Он попросил меня остаться с ним. И с моей стороны было бы невежливо отказать ему в этой просьбе.

Мурзин изучающе смотрел на него.

— Для вас было бы разумнее следовать приказам. — Мурзин оглянулся на сопровождавших его парней. Один из них открыл дверь, и полковник вновь перевел взгляд на Коваленко: — Прошу вас следовать за нами.

92

18.50

Николас Мартен буквально на шаг отставал от своего провожатого. За углом начинался коридор, который вел прямиком к деревянной двери, покрытой затейливой резьбой. Пол коридора был устлан ковром, а каменные стены словно омыты светом ламп, установленных в потолке в углублениях. Впрочем, Николасу было не до красот интерьера: его не покидало такое чувство, будто он по собственной воле идет в какую-то средневековую темницу. Он искренне жалел, что сейчас рядом нет Коваленко. Одновременно не давали покоя мысли о том, где тот сейчас может находиться и почему не вернулся.

Предоставленный хозяевами смокинг, который поначалу казался удобным и хорошо сидел, вдруг стал невыносимо тесен. Мартен потянулся рукою к горлу, чтобы несколько ослабить галстук, как будто это движение могло ему помочь. Не помогло. Лишь выяснилось, что его ладони взмокли, да и весь он покрылся потом.

«Расслабься, — приказал он сам себе. — Расслабься, ведь ты еще ничего не узнал наверняка».

— Вот мы и прибыли, месье. — Лакей постучал в дверь.

— Oui, — прозвучало изнутри.

— Месье Мартен, — сообщил лакей.

Дверь открылась, хотя и не сразу. В проеме собственной персоной предстал Александр Кабрера, облаченный в великолепный черный смокинг и рубашку с оборками на груди. На шее у него красовался бархатный галстук-бабочка.

— Добро пожаловать, Николас, — гостеприимно улыбнулся он. — Пожалуйста, заходите.

Мартен неторопливо вошел в библиотеку виллы «Энкрацер» с ее кожаной мебелью и стенами, сплошь заставленными книгами. Свежие поленья в мраморном камине только-только занялись огнем, и комнату наполнил характерный запах дуба. На диване напротив камина в горделивой позе сидела красивая дама, которой было около пятидесяти или чуть больше. Ее черные волосы были собраны на затылке в пучок. На ней была длинная желтая туника, на плечах — горностаевая накидка. В ожерелье чередовались нити некрупных бриллиантов и рубинов. Крохотные бриллианты, собранные в сверкающие гроздья, отягощали мочки ушей.

Мартен услышал, как за его спиной Кабрера закрыл дверь.

— Позвольте представить вам баронессу де Вьен, Николас. Это мой любимый ангел-хранитель.

— Искренне рада познакомиться с вами, месье Мартен. — Баронесса говорила по-английски с французским акцентом, как и Кабрера. Она протянула руку, и Мартен, склонившись, пожал ее.

— И я очень рад, — учтиво ответил он.

Баронесса проявила радушие, как если бы в самом деле рада была видеть его. И все же, когда он выпустил ее руку и отступил на шаг назад, взгляд баронессы оставался все таким же пристальным. Он почувствовал себя неуютно — создавалось впечатление, что тебя намеренно изучают, выискивая в тебе даже мельчайшие изъяны и слабости.

Мартен взглянул на Кабреру:

— Так где же Ребекка?

— Будет с минуты на минуту. Не желаете чего-нибудь выпить?

— Минеральной воды, если можно.

— Конечно.