Читаем Изгнание полностью

А разведя кусты, и ступив на узенькую каменистую тропинку, слишком поздно поняла, что дорога внезапно сильно накренилась вниз, и я попросту соскользнула по ней, а затем и вовсе кубарем покатилась.

На моё счастье, полет, состоявший из череды кувырков, был недолгим, сгруппировавшись на каменистом прохладном полу, я обнаружила, что цела. Даже, похоже, не поцарапалась ни разу. Ах, ну да, у меня же теперь какое-то прокачанное тело.

Неплохо бы осмотреться, куда меня занесло. Свет бил узеньким просветом откуда-то из-под самого свода. Пещера! Похоже на то. Однако, как сегодня всё не вовремя! Пока я буду искать возможность выбраться, Ида успеет убежать далеко.

Звук, напоминающий топот маленький ножек, прошелестел под сводом пещеры, я подняла глаза, но никого не увидела.

Прикинув, что до того отверстия в скале, через которое я сюда попала, лезть и лезть, решила всё же осмотреть пещеру на случай наличия другого выхода.

Глаза уже привыкли к полумраку, моя внезапная ловушка оказалась сравнительно небольшой и почти прямоугольной — где-то три на шесть метров, с высоким, очень высоким потолком. Что-то неприятно царапнуло внимание, что-то в этой ситуации было крайне неприятным, и это помимо того, что каждая минута, проведённая в пещере, отделяла меня от поисков Иды. Та, наверно, успела ускакать далеко…

Внезапно я хлопнула себя ладонью по лбу: надо же быть такой безголовой! Конечно, именно форма пещеры и вызвала нехорошее подозрение. Практически прямоугольная, с ровным полом и относительно ровными стенами, на которых видны следы кирки и каменного топора, эта пещера возникла здесь не просто так. Как возникла, наверно, и на моём пути.

Грубая работа, — пригляделась я внимательнее к стене. Но это явно сделали люди. Люди. А значит, я в том из миров, где они есть. Интересно, в прошлый раз воспоминания забросили меня в Астрелию, а потом на Парнас. А где я сейчас?

Размышляя, я продолжала обходить пещеру по кругу, шаря ладонями по стене, то и дело, сгибаясь и разгибаясь, в поисках выхода. Не хватало оказаться здесь запертой, как жук в узкой высокой бутылке, или ещё какой ловушке юного натуралиста!