Читаем Избранные эссе полностью

3. Отрицательный импульс — чаще всего воспринимается отрицательно, и не раздумывается «а вдруг это не так?», а потому здесь допустимо искажение со стороны человека.

Конечно, необходимо распознать и адекватность восприятия творческого воплощения.

Мы смотрим на Рублёвскую Троицу, и она на нас действует в своей полноте и чистоте. Она нас чётко зовёт туда, как и было задумано мастером иконописцем. Другое дело, что есть зрители, которые отвернутся от иконы и пойдут смотреть совсем другую живопись, то что принято называть «светской». Если даже не углубляться в тонкости, то «Вакх» Леонарда да Винчи может восприниматься во всём его двусмыслии и вызывать много различных эмоций. Как расценить их? Как соединить расщеплённые лучи замысла творческого воедино? Как правильно оценить отрицательные эмоции, а может и отбросить их?

И, наконец, есть люди, которые смотрят на икону (на Рублёвскую Троицу) и вполне сознательно искажают её смысл, придумывают ей злое назначение. Но для такого человека не нужны никакие теории, он всему будет придавать злое значение, а в злом и безобразном находить радость и цель. О таких людях можно сказать «что нечистое все нечисто».

Таковы мои выводы из сопоставления Евангельских текстов о творчестве «злом» и «положительном». Как бы человек не искажал открывающегося ему Божественного творческого акта и замысла, а другой выпрямлял этот Божественный луч, раскрывая смысл его подлинной светлой и доброй красоты, мы не в силах до конца осознать эту тайну.

Русская идея Владимира Соловьёва в свете современности

Источник - http://mere-marie.com/

Статья матери Марии из архива Колумбийского Университета, США.

Текст приводится с некоторыми сокращениями.

В поисках ключа к пониманию современных событий русской истории, зачастую приходится заново пересматривать давно минувшие эпохи и искать в них корни не только настоящего, но и будущего.

Русская история понималась и толковалась очень разнообразно. С одной стороны Чаадаев и Западники(отрицавшие всю её самобытность), а с другой стороны — славянофилы и Владимир Соловьёв. Они видели в России совершенно особый метафизический смысл и именно они стремились найти законы её дальнейшего развития.

Соловьёв подходит к русской истории не как историк, а как метафизик. Его мало интересует причинная связь событий, он старается установить связь цельную, открыть смысловое значение русской истории. Более того, сами события для него не являются чем-либо самодовлеющим, они только символы подлежащие истолкованию и учёту.

Может быть для подлинного историка соловьёвская «Русская идея» не представляет непосредственного интереса, зато для человека склонного к метафизическому толкованию исторического процесса установка Вл. Соловьёва даёт ценный ключ к пониманию событий.

Невозможно говорить о «Русской идее» Соловьёва, вне общего взгляда его самого на всемирную историю, на его концепцию истории, на раскрытие и воплощения идеи вселенской теократии. Для Вл. Соловьёва «живой Бог, есть Бог истории» и не тот кто есть Сущий, но и тот, кто будет — Грядущий. А всемирная история является разумным и наглядным раскрытием Божественной Истины (Соловьёв «Россия и Вселенская церковь», стр. 396).

Для Соловьёва человечество едино. А различные народы являются только различными органами в целом теле человечества. Человеческий организм растёт. Каждую историческую минуту Он оказывается перед новым заданием. Вопросы, которые требуют разрешения в данную историческую минуту, определяются Соловьёвым, как противостояние Востока и Запада(!) Восточная культура подчиняющая человека сверхчеловеческой силе противостоит Западной культуре, главный принцип которой является самодеятельность человека. Синтез этих двух культур возможен только во Христе–Богочеловеке.

Равновесие Богочеловечества заложено в самом начале Церкви. В дальнейшем развитии истории равновесие это было нарушено. Причём в обе стороны. Востоком — в сторону неподвижного божественного основания Церкви, а Западом, — в сторону человеческого её элемента по обоим полюсам (сначала во имя власти папизмом, потом во имя свободы–протестантизмом).