Читаем Избранное. Том 2 полностью

Трудно представить, что у русского народа, посредством глобальной идеологии исчезнет историческая память, исчезнет русский язык, литература, музыка и живопись, театр и балет, обычаи, традиции. Надо учитывать психологические особенности каждого народа. Разве можно уничтожить энергетику русской души, которую невозможно описать в привычных терминах социологии и психологии. Русский человек, жестко привязанный к своей малой Родине, мыслит категориями своего этноса – ему не дано, да он и не хочет жить по образу другого народа. Русского человека характеризует реальная жизнь, он не позволяет памяти запамятования. Он прекрасно осознает, что жизнь по определению не может быть счастливой, она рано или поздно кончается. И появление болезней с неотвратимостью приводит человека к финалу жизни. Это накладывает отпечаток на всю жизнь русского человека. Он понимает, что чем больше было жизненного довольства, иногда за счет других людей, тем мучительнее исповедь про грехи.

Я пишу об этом только потому, чтобы подчеркнуть не исключительность русского человека, о чем говорили многие мыслители русской культуры, от других народов, а об отличительности русского народа.

Иван Солоневич в «Народной монархии» писал: «Ни какие мерки, рецепты, программы и идеологии, заимствованные откуда бы то ни было из вне, неприменимы для русской государственности, русской национальности, русской культуры». И, тем не менее, число людей в России, в основном из числа интеллигенции, приверженцев процессов глобализации, растет. Глобалисты хотят иметь единый язык, единый тип человека, единый рынок. Интеллигенция, исповедующая либерально – демократические идеи, идеи глобализации, считает, что сопротивляться этим процессам во всем мире бесполезно, мол, это явление времени. Поэтому либералы – демократы навязывают реформу русского языка, уменьшают число часов на изучение русской классической литературы, заменяя классиков посредственными современными писателями, их пугает введение в школах курса «Основы православной культуры».

Русские ценности унижаются, а людей, стоящих на позициях национальной культуры, называют недалекими традиционалистами, «шариковыми», «совками», «быдлом», «олигофренами» и т.д. Русская культура – величайшая культура, по мнению многих мыслителей мира, а создатель ее – великий русский народ, один из самых талантливых народов мира. Наша слабость заключается в том, что мы проявляем пассионарность в критические, пограничные ситуации жизни России. Русский народ в обычные периоды жизни страны не прозревает промыслительных путей Божьих.

Порою приходишь к мысли, что мы, русские – как стекла в ящике: каждое в отдельности прозрачно, все вместе – темны. Русские люди фантастически восприимчивы, невероятно талантливы и отзывчивы на невзгоды людей, они всепонимающие и пытаются познать, узнать, понять, все впитать в себя. Но понимая других, мы часто не знаем своей истории, свою славянскую цивилизацию, свои духовные истоки, свои родники.

Мы должны освоить наше великое культурное, духовное наследие. Россия до сих пор, с ее культурным великим наследием является становым хребтом, стабилизатором, сердцем, душой для многих народов мира. Известный миллиардер Сорос недавно вынужден был признать, что нынешние формы глобализации тормозит Россия, менталитет ее людей отличается от других народов мира. Чтобы противостоять современной глобализации, наша отечественная интеллигенция должна стать на защиту великой русской культуры, как стабилизатора и гаранта будущего России, она должна защитить русский язык, музей, театр, картинные галереи, русскую музыку и т. д.

Национальная интеллигенция должна воспитать у подрастающего поколения русский дух, национально – духовный характер. Нельзя допустить, как писал современный поэт:

Наши души пускают на сломНам шипят указуя на стойло.И молчим, позабыв обо всем,Все меняя на горькое пойло.

Мы живем сегодня в эпоху разительных перемен. Россию многие технологи-политологи Запада уже не рассматривают среди стран золотого миллиарда. Ей уготовано быть сырьевой базой глобализированного мира, а об ее великой культуре нужно забыть. Появилось поколение людей, которые помогают разрушить своей ненавистью и равнодушием былое величие России.

В заключение хочу привести слова великого русского мыслителя Ивана Ильина, которые очень созвучны нашему времени: «Как бы ни были велики наши исторические несчастья, мы призваны самостоятельно быть, а не ползать перед другими, творить, а не заимствовать, обращаться к Богу, а не к соседям, искать русского видения, русских содержаний и русской формы. Мы Западу не ученики и не учителя. Мы ученики Богу и себе самим. Перед нами задача: творить русскую самобытную духовную культуру – из русского сердца, русским созерцанием, в русской свободе, раскрывая русскую предметность. В этом смысл русской идеи».

О ВОСПИТАНИИ НРАВСТВЕННЫХ ЧУВСТВ

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мохнатый бог
Мохнатый бог

Книга «Мохнатый бог» посвящена зверю, который не меньше, чем двуглавый орёл, может претендовать на право помещаться на гербе России, — бурому медведю. Во всём мире наша страна ассоциируется именно с медведем, будь то карикатуры, аллегорические образы или кодовые названия. Медведь для России значит больше, чем для «старой доброй Англии» плющ или дуб, для Испании — вепрь, и вообще любой другой геральдический образ Европы.Автор книги — Михаил Кречмар, кандидат биологических наук, исследователь и путешественник, член Международной ассоциации по изучению и охране медведей — изучал бурых медведей более 20 лет — на Колыме, Чукотке, Аляске и в Уссурийском крае. Но науки в этой книге нет — или почти нет. А есть своеобразная «медвежья энциклопедия», в которой живым литературным языком рассказано, кто такие бурые медведи, где они живут, сколько медведей в мире, как убивают их люди и как медведи убивают людей.А также — какое место занимали медведи в истории России и мира, как и почему вера в Медведя стала первым культом первобытного человечества, почему сказки с медведями так популярны у народов мира и можно ли убить медведя из пистолета… И в каждом из этих разделов автор находит для читателя нечто не известное прежде широкой публике.Есть здесь и глава, посвящённая печально известной практике охоты на медведя с вертолёта, — и здесь для читателя выясняется очень много неизвестного, касающегося «игр» власть имущих.Но все эти забавные, поучительные или просто любопытные истории при чтении превращаются в одну — историю взаимоотношений Человека Разумного и Бурого Медведя.Для широкого крута читателей.

Михаил Арсеньевич Кречмар

Публицистика / Приключения / Природа и животные / Прочая научная литература / Образование и наука
Утро магов
Утро магов

«Утро магов»… Кто же не слышал этих «магических слов»?! Эта удивительная книга известна давно, давно ожидаема. И вот наконец она перед вами.45 лет назад, в 1963 году, была впервые издана книга Луи Повеля и Жака Бержье "Утро магов", которая породила целый жанр литературы о магических тайнах Третьего рейха. Это была далеко не первая и не последняя попытка познакомить публику с теорией заговора, которая увенчалась коммерческим успехом. Конспирология уже давно пользуется большим спросом на рынке, поскольку миллионы людей уверены в том, что их кто-то все время водит за нос, и готовы платить тем, кто назовет виновников всех бед. Древние цивилизации и реалии XX века. Черный Орден СС и розенкрейцеры, горы Тибета и джунгли Америки, гениальные прозрения и фантастические мистификации, алхимия, бессмертие и перспективы человечества. Великие Посвященные и Антлантида, — со всем этим вы встретитесь, открыв книгу. А открыв, уверяем, не сможете оторваться, ведь там везде: тайны, тайны, тайны…Не будет преувеличением сказать, что «Утро магов» выдержала самое главное испытание — испытание временем. В своем жанре это — уже классика, так же, как и классическим стал подход авторов: видение Мира, этого нашего мира, — через удивительное, сквозь призму «фантастического реализма». И кто знает, что сможете увидеть вы…«Мы старались открыть читателю как можно больше дверей, и, т. к. большая их часть открывается вовнутрь, мы просто отошли в сторону, чтобы дать ему пройти»…

Жак Бержье , Луи Повель , ЛУИ ПОВЕЛЬ , ЖАК БЕРЖЬЕ

Публицистика / Философия / Образование и наука