Читаем Избранное полностью

Он, однако, не упоминает о пункте, который требует указывать или обозначать возможные цели.

[К.П.: Интересно, как Едейкин себе это представляет? Немцам что, надо было выкрасить город красным цветом? Или обвести его на карте кружком и выслать карту заказным письмом на Даунинг-стрит, 10, потребовав расписки в получении? Или, может, установить гигантские электротабло, видимые с высоты 10 километров, и отобразить на них «НЕЗАЩИЩЁННЫЙ ГОРОД» (со стрелкой, указывающей направление)?]

В случае города необходимо объявить его «открытым городом». [К.П.: Где это написано?]

Этого не было сделано ни в одном из случаев, приведённых Портером.

[К.П.: Неужели всё это буквоедство давало союзникам право заживо сжигать сотни тысяч женщин и детей посредством преднамеренных ковровых бомбардировок гражданских кварталов фосфором и отверждённым бензином (сбрасывая предварительно тяжёлые бомбы на пожарные трубопроводы)? Неужели это было намерением 4-й Гаагской конвенции? Хорошо, если неразборчивые массовые бомбардировки гражданских лиц действительно были законными (на что намекает Едейкин), то почему тогда аналогичные действия, будто бы совершённые немцами и японцами, были названы «военным преступлением»?]

Анализ Портером статьи 43 (которая, как он утверждает, требует сотрудничества с оккупационными властями) основывается на его предположении о том, что Гаагская конвенция – это эксклюзивный закон, охватывающий всё, что было совершено нацистами во время оккупации. Какими бы ни были положения Гаагской конвенции, законы суверенного государства могут предвзято рассматривать граждан, сотрудничающих с захватчиком и участвующих (как это было в случае с нацистской оккупацией) в убийствах, грабежах и предательстве. Уголовное преследование коллаборационистов основывалось вовсе не на Гаагской конвенции, а на уголовном кодексе соответствующих стран.

[К.П.: Оно основывалось на субъективных законах и законах с обратной силой. Или этот тип хочет сказать, что, к примеру, послевоенные «чистки» во Франции были законными? Или, может, законным был суд над Пьером Лавалем, длившийся 15 минут? А как насчёт сотен членов Ваффен-СС, заочно приговариваемых к смерти и расстреливаемых в течение 24 часов после их возвращения в Бельгию из многолетнего советского плена? Как насчёт сотен «рабов», возвращавшихся в Антверпен на лодках после войны, которых попросту сбрасывали с пристани в воду, где они тонули? (Вчера они были «рабами», сегодня они предатели.) Как насчёт женщин, которых выставляли на обозрение в клетках в антверпенском зоопарке? Как насчёт тысяч людей, замученных в южной Франции? Примеры можно приводить чуть ли не до бесконечности.]

Портер также не говорит, что это сотрудничество зависит от законности действий оккупационных властей.

[К.П.: Обратите внимание на то, как моральное пренебрежение к юридическим деталям и мелочам сменяется у этого типа буквоедским юридическим пренебрежением ко всем нормам морали и людским страданиям, вне зависимости от степени жестокости, когда ему это выгодно. Немцы, значит, должны были скрупулёзно соблюдать все законы, а союзники могли свободно расширять свои прерогативы (и злодеяния) до бесконечности. Как насчёт действий оккупационных войск союзников – массовых изнасилований, грабежей и т.д.?]

Статьи 48 и 49 (так же как и статья 43) ясно говорят, что оккупационные власти должны управлять занятой территорией в законной манере:

«Статья 48

Если неприятель взимает в занятой им области установленные в пользу Государства налоги, пошлины и денежные сборы, то он обязан делать это, по возможности сообразуясь с существующими правилами обложения и раскладки их, причем на него ложится проистекающая из сего обязанность нести расходы по управлению занятой областью в размерах, в каких обязывалось к сему законное Правительство.

Статья 49

Взимание неприятелем в занятой им области других денежных сборов, сверх упомянутых в предыдущей статье, допускается только на нужды армии или управления этой областью».

Не составит особого труда доказать, что нацисты не соблюдали этих требований. Они убивали, грабили, а на восточных территориях пытались уничтожить и изгнать местное население.

[К.П.: Как насчёт миллионов немцев, которые депортировались (нередко целыми семьями) в СССР после войны? Как насчёт тысяч немецких заводов, разобранных до винтика и вывезенных в страны-победительницы? Как насчёт 6 тысяч немецких специалистов в области авиации и ракетостроения, вывезенных в СССР? Если эти действия были незаконными ВО ВРЕМЯ войны, то что делает их законными ПОСЛЕ ВОЙНЫ, когда их совершали русские, американцы и англичане?]

Как таковое, требование о содействии законным усилиям по управлению занятой территории

[К.П.: Предложение не закончено!]

* * *