Читаем Избранное полностью

Волны устои стальные моют.Недвижный,страшный,упершись в бокастолицы,в отчаянье созданной мною,стоитна своих стоэтажных быках.Небо воздушными скрепами вышил.Из вод феерией стали восстал.Глаза подымаю выше,выше…Вон!Вон —опершись о перила моста…Прости, Нева!Не прощает,гонит.Сжалься!Не сжалился бешеный бег,Он!Он —у небес в воспаленном фоне,прикрученный мною, стоит человек.Стоит.Разметал изросшие волосы.Я уши лаплю.Напрасные мнешь!Я слышумой,мой собственный голос.Мне лапы дырявит голоса нож.Мой собственный голос —он молит,он просится:– Владимир!Остановись!Не покинь!Зачем ты тогда не позволил мнеброситься?С размаху сердце разбить о быки?Семь лет я стою.Я смотрю в эти воды,к перилам прикручен канатами строк.Семь лет с меня глаз эти воды не сводят.Когда ж,когда ж избавления срок?Ты, может, к ихней примазался касте?Целуешь?Ешь?Отпускаешь брюшко?Самв ихний быт,в их семейное счастьенамереваешься пролезть петушком?!Не думай! —Рука наклоняется вниз его.Грозитсясухойв подмостную кручу.– Не думай бежать!Это явызвал.Найду.Загоню.Доконаю.Замучу!Там,в городе,праздник.Я слышу гром его.Так что ж!Скажи, чтоб явились они.Постановленье неси исполкомово.Муку мою конфискуй,отмени.Покапо этойпо Невскойпо глубиспаситель-любовьне придет ко мне,скитайся ж и ты,и тебя не полюбят.Греби!Тони меж домовьих камней! —

Спасите!

Стой, подушка!Напрасное тщенье.Лапой гребу —плохое весло.Мост сжимается.Невским течениемменя несло,несло и несло.Уже я далеко.Я, может быть, за день.За деньот тени моей с моста.Но гром его голоса гонится сзади.В погоне угроз паруса распластал.– Забыть задумал невский блеск?!Ее заменишь?!Некем!По гроб запомни переплеск,плескавший в «Человеке». —Начал кричать.Разве это осилите?!Буря басит —не осилить вовек.Спасите! Спасите! Спасите! Спасите!Тамна мостуна Невечеловек!

II

НОЧЬ ПОД РОЖДЕСТВО

Фантастическая реальность

Бегут берега —за видом вид.Подо мной —подушка-лед.Ветром ладожским гребень завит.Летитльдышка-плот.Спасите! – сигналю ракетой слов.Падаю, качкой добитый.Речка кончилась —море росло.Океан —большой до обиды.Спасите!Спасите!..Сто раз подрядреву батареей пушечной.Внизуподо мнойрастет квадрат,остров растет подушечный.Замирает, замирает,замирает гул.Глуше, глуше, глуше…Никаких морей.Я —на снегу.Кругом —версты суши.Суша – слово.Снегами мокра.Подкинут метельной банде я.Что за земля?Какой это край?Грен-лап-люб-ландия?

Боль были

Перейти на страницу:

Похожие книги

Партизан
Партизан

Книги, фильмы и Интернет в настоящее время просто завалены «злобными орками из НКВД» и еще более злобными представителями ГэПэУ, которые без суда и следствия убивают курсантов учебки прямо на глазах у всей учебной роты, в которой готовят будущих минеров. И им за это ничего не бывает! Современные писатели напрочь забывают о той роли, которую сыграли в той войне эти структуры. В том числе для создания на оккупированной территории целых партизанских районов и областей, что в итоге очень помогло Красной армии и в обороне страны, и в ходе наступления на Берлин. Главный герой этой книги – старшина-пограничник и «в подсознании» у него замаскировался спецназовец-афганец, с высшим военным образованием, с разведывательным факультетом Академии Генштаба. Совершенно непростой товарищ, с богатым опытом боевых действий. Другие там особо не нужны, наши родители и сами справились с коричневой чумой. А вот помочь знаниями не мешало бы. Они ведь пришли в армию и в промышленность «от сохи», но превратили ее в ядерную державу. Так что, знакомьтесь: «злобный орк из НКВД» сорвался с цепи в Белоруссии!

Комбат Мв Найтов , Алексей Владимирович Соколов , Виктор Сергеевич Мишин , Константин Георгиевич Калбазов , Комбат Найтов

Детективы / Поэзия / Фантастика / Попаданцы / Боевики
Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия