Читаем Избранное полностью

Грудой дел,суматохой явленийдень отошел,постепенно стемнев.Двое в комнате.Яи Ленин —фотографиейна белой стене.Рот открытв напряженной речи,усовщетинкавздернулась ввысь,в складках лбазажатачеловечья,в огромный лобогромная мысль.Должно быть,под нимпроходят тысячи…Лес флагов…рук трава…Я встал со стула,радостью высвечен,хочется —идти,приветствовать,рапортовать!"Товарищ Ленин,я вам докладываюне по службе,а по душе.Товарищ Ленин,работа адоваябудетсделанаи делается уже.Освещаем, одеваем нищь и оголь,ширитсядобычаугля и руды…А рядом с этим,конешно,много,многоразнойдряни и ерунды.Устаешьотбиваться и отгрызаться.Многиебез васотбились от рук.Оченьмногоразных мерзавцевходятпо нашей землеи вокруг.Нетуимни числа,ни клички,целаялента типовтянется.Кулакии волокитчики,подхалимы,сектантыи пьяницы, —ходят,гордовыпятив груди,в ручках сплошьи в значках нагрудных…Мы ихвсех,конешно, скрутим,но всехскрутитьужасно трудно.Товарищ Ленин,по фабрикам дымным,по землям,покрытыми снегоми жнивьём,вашим,товарищ,сердцеми именемдумаем,дышим,боремсяи живем!.."Грудой дел,суматохой явленийдень отошел,постепенно стемнев.Двое в комнате.Яи Ленин —фотографиейна белой стене.

1929

МРАЧНОЕ О ЮМОРИСТАХ

Где вы,бодрые задиры?Крыть бы розгой!Взять в слезу бы!До чего женаш сатирикизмельчали обеззубел!Для подходадля такогомало,што ли,жизнь дрянна?Для такогоСалтыкова —Салтыкова-Щедрина?Заголовкомжирно-алыммозжечокприкрывшитощий,ходяттихопо журналамдореформенные тещи.Саранчойулыбки выев,ходятнэпманам на страханекдоты гробовые —гробо фининспекторах.Или,злобой измусолясотнюстрокв бумажный крах,пишутпро свои мозолиот зажатья в цензорах.Дескать,в самом лучшем стиле,будторозы на заре,лепесткипораспустили бмыбез этих цензорей.А подисними рогатки —этакихписцов стадапаруанекдотов гадкихткнут —и снова пустота.Цензоровобвыли воем.Я ждругоюмыслью ранен:жалко бедных,каково имот прочтеньястолькой дряни?Обличитель,меньше крему,оченьтемыхороши.О хорошенькую темузубне жалко искрошить.Дураковбольшихобдумав,взяли бв лапылупы вы.Мало, што ли,помпадуров?Мало —градов Глуповых?Припасина зубеяд,в километржало вызмейпротив всех,кто зрясидятна труде,на коммунизме!Чтоб не скрылись,хвост упрятав,крупныхвылови налимов —кулакови бюрократов,дуракови подхалимов.Измельчали обеззубел,обэстетился сатирик.Крыть бы в розги,взять в слезу бы!Где вы,бодрые задиры?

1929

УРОЖАЙНЫЙ МАРШ

Перейти на страницу:

Похожие книги

Партизан
Партизан

Книги, фильмы и Интернет в настоящее время просто завалены «злобными орками из НКВД» и еще более злобными представителями ГэПэУ, которые без суда и следствия убивают курсантов учебки прямо на глазах у всей учебной роты, в которой готовят будущих минеров. И им за это ничего не бывает! Современные писатели напрочь забывают о той роли, которую сыграли в той войне эти структуры. В том числе для создания на оккупированной территории целых партизанских районов и областей, что в итоге очень помогло Красной армии и в обороне страны, и в ходе наступления на Берлин. Главный герой этой книги – старшина-пограничник и «в подсознании» у него замаскировался спецназовец-афганец, с высшим военным образованием, с разведывательным факультетом Академии Генштаба. Совершенно непростой товарищ, с богатым опытом боевых действий. Другие там особо не нужны, наши родители и сами справились с коричневой чумой. А вот помочь знаниями не мешало бы. Они ведь пришли в армию и в промышленность «от сохи», но превратили ее в ядерную державу. Так что, знакомьтесь: «злобный орк из НКВД» сорвался с цепи в Белоруссии!

Комбат Мв Найтов , Алексей Владимирович Соколов , Виктор Сергеевич Мишин , Константин Георгиевич Калбазов , Комбат Найтов

Детективы / Поэзия / Фантастика / Попаданцы / Боевики
Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия