Читаем Избранное полностью

Шеры…облигации…доллары…центы…В винницкой глуши тьмутараканясь,так я рисовал,вот так мне представлялсястопроцентныйамериканец.Родила сына одна из жен.Отвернувпеленочный край,акушер демонстрирует:Джон как Джон.Ол райт!Девять фунтов,глаза —пятачки.Ощерив зубовный ряд,отецпротерроговые очки:Ол райт!Очень проствоспитанья вопрос.Ползает,лапы марает.Лоб расквасил —ол райт!нос —ол райт!Отец говорит:"Бездельник Джон.Ни цента не заработал,а гуляет!"МальчишкаДжонвыходит вон.Ол райт!Техас,Калифорния,Массачузэт.Ходитиз края в край.Есть хлеб —ол райт!нет —ол райт!Подрос,поплевывает слюну.Трубчонкагорит, не сгорает."Джон,на пари,пойдешь на луну?"Ол райт!Одну полюбил,назвал дорогой.В азартеиграет в рай.Она изменила,ушел к другой.Ол райт!Наследство Джону.Расходов —рой.Миллионрастаял от трат.Подсчитал,улыбнулся —найдем второй.Ол райт!Работа.Хозяин —лапчатый гусь —обкрадываети обирает.Джоннамотална бритый ус.Ол райт!Хозяин выгнал.Ну, что ж!Джонрассчитаться рад.Хозяин за кольт,а Джон за нож.Ол райт!Джонхозяйской пулей сражен.Шепчутся:«Умирает».Джон услыхал,усмехнулся Джон.Ол райт!Гроб.Квадрат прокопали черный.Земля —как по крыше град.Врыли.Могильщиквздохнул облегченно.Ол райт!Этих Джоновнету в Нью-Йорке.Мистер Джон,жена егои котзажирели,спятв своей квартирной норке,просыпаясьизредкаот собственных икот.Я разбезалаберный до крайности,но судьбене любящийучтиво кланяться,я,поэт,и то американистейсамого что ни на естьамериканца.

1925

АМЕРИКАНСКИЕ РУССКИЕ

ПетровКапланомза пуговицу пойман.Штанызаплатаны,как балканская карта."Я вам,сэр,назначаю апойнтман.Вы знаете,кажется,мой апартман?Тудой пройдете четыре блока,потомсюдой дадите крен.А еслистриткара набита,околоможете взятьподземный трен.Возьмитес меняньем пересядки тикети прите спокойно,будто в телеге.Слезете на корнереу дрогс ликет,а мне ужи пинтупринес бутлегер.Приходите ровнов севен оклок, —поговоримпро новости в городеи проведемпо-московски вечерок, —одни свои:жена да бордер.А с джабом завозитесь в течение дняилираздумаете вовсе —тогдаобязательноотзвоните меня.Я будув офисе".«Гуд бай!» —разнеслось окрести кануловетру в свист.Мистер Петровпошел на Веста мистер Каплан —на Ист.Здесь, извольте видеть, «джаб»,а дома«цуп» да «цус».С насыпиязыклетит на полном пуске.Скоротолько очень образованныйфранцузбудеткое-чтосоображать по-русски.Горланитпо этой Америке самойстоязыкийнарод-оголтец.Уж еслиОдесса – Одесса-мама,то Нью-Йорк —Одесса-отец.

1925

БРУКЛИНСКИЙ МОСТ

Перейти на страницу:

Похожие книги

Партизан
Партизан

Книги, фильмы и Интернет в настоящее время просто завалены «злобными орками из НКВД» и еще более злобными представителями ГэПэУ, которые без суда и следствия убивают курсантов учебки прямо на глазах у всей учебной роты, в которой готовят будущих минеров. И им за это ничего не бывает! Современные писатели напрочь забывают о той роли, которую сыграли в той войне эти структуры. В том числе для создания на оккупированной территории целых партизанских районов и областей, что в итоге очень помогло Красной армии и в обороне страны, и в ходе наступления на Берлин. Главный герой этой книги – старшина-пограничник и «в подсознании» у него замаскировался спецназовец-афганец, с высшим военным образованием, с разведывательным факультетом Академии Генштаба. Совершенно непростой товарищ, с богатым опытом боевых действий. Другие там особо не нужны, наши родители и сами справились с коричневой чумой. А вот помочь знаниями не мешало бы. Они ведь пришли в армию и в промышленность «от сохи», но превратили ее в ядерную державу. Так что, знакомьтесь: «злобный орк из НКВД» сорвался с цепи в Белоруссии!

Комбат Мв Найтов , Алексей Владимирович Соколов , Виктор Сергеевич Мишин , Константин Георгиевич Калбазов , Комбат Найтов

Детективы / Поэзия / Фантастика / Попаданцы / Боевики
Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия