Увлекшись хулой пережитого, мы огульно обругали и обесценили все ценное и однозначно достойное к продолжению: лучшие черты коллективизма, дружбы, патриотизма и веселого оптимизма… Надо перестать повторять выдумки лживых политиков о легкой жизни. Ее не было, нет и никогда не будет. Она бесценна, неисчерпаемо интересна и трудна одновременно, но никогда не будет легкой, если ты человек.

Никто в стране уже не сомневается, что предстоящие годы до конца тысячелетия будут трудными до предела, но если общество выберется из зависимости от высокой шпаны и низкой кодлы, Русь залечит свои недуги.

Уберечь бы молодых от кодлы, жвачки и куклы Барби, которая таит в образе юной гетеры заряд огромной разрушительной силы.

Н. А. Некрасов, обращаясь к народу, сказал:

20 января 1994 г.

Кое-что о Родине

Думая о России, ее исторических событиях, поражаешься их грандиозности. Грандиозны ее пространства, ее становление, войны, революции, разрухи и распад, и все под знаком Максимы.

У нас все до предела контрастно. Чувство меры – не наше национальное качество. Тому много примеров.

Всем известный граф Л. Н. Толстой, барин-аристократ, непременно захотел носить крестьянскую рубаху и ходить босиком.

Талантливый бродяга А. М. Горький, начав как буревестник и либерал, закончил биографию как идеолог сыска и друг палачей-преступников.

Полуграмотная Россия дала миру великую литературу, музыку, театр, став грамотной, о них забыла. Под знаменем свободы изничтожив творческую интеллигенцию до Октябрьского периода, мы создали Союз писателей в 10 тысяч персон, которые дружно пели одну тему – классовую борьбу людей – и довели их до самоистребления. В экономике – сельскохозяйственная страна с колоссальным земельным фондом вынуждена кормиться с чужого поля. Свои поля не кормят.

Великими усилиями и жертвами созданная промышленная индустрия отказалась нам приносить пользу и стала обременительной. На паралич производства мы смотрим со спокойствием идиотов и даже шутовством. Наш быт стал тягостным и опасным. Общество упростилось до примитива: одна его половина грабит, насилует и обманывает, вторая безуспешно защищается, и этот процесс нарастает. Не избежать нам и трагического миграционного процесса русского населения из отделившихся частей государства. Он грядет, и никто не в силах его предотвратить. А сколько же было наговорено о вечной дружбе народов! Всего три человека в Беловежской Пуще не оставили от нее и пылинки.

Восемь лет назад зазвучало слово «перестройка», за ним другие крылатые слова: «свобода», «демократия», «рынок», «приватизация», «гражданское правовое общество». А как мы с ними поработали? Перестройка в планах М. Горбачева состояла в том, чтобы подкрепить диктатуру КПСС совмещением поста президента с властью генсека и соответственно всех других секретарей.

Свободу и демократию мы уже дважды утверждали автоматами, танками и пальбой из пушек.

С приватизацией, частной собственностью, рынком пока ничего не ясно. Темним и веруем. Доколе? Не знает и само правительство.

С правовым обществом поехали вспять. Из всех органов власти остался один президент и его указы, при этом бюрократические структуры стали многолюднее и заседают без перекуров дома и за рубежом.

При нашей якобы бедности мы проводим дорогие референдумы, создаем и упраздняем комиссии и комитеты, а теперь вот замыслили выборы в Думу, которые оценены в 170 миллиардов рублей.

Дай Бог, чтобы это не стало еще одной напрасной жертвой. А уверенности нет.

Упорно нам предлагают не менять коней на переправе. Это ловкий и лукавый посыл.

Необходимо сменить всех людей, стоявших у власти и причастных к возникновению кризисных условий в экономике и политике.

С Конституцией у нас также происходит много невероятного. Сам президент – ее охранитель, – нарушал ее, не считая нужным объясняться с народом.

Новую писал произвольно созданный коллектив. Может, она и не плоха для кого-то, но уж не доля большинства людей, ясно уже теперь.

Вот поэтому ее так поспешно и принуждали утвердить способом опроса избирателей, среди которых есть неграмотные бабушки и деды и масса не готовых к такому поступку избирателей. В просторечии это называется «купите кота в мешке».

Государство, созданное преступными методами, вошло в агонию распада, и это закономерно. Но люди хотят жить лучше, это их неотъемлемое право. Дворцовые перевороты – тайные и с пальбой из пушек – возможны, когда не работает закон.

Свобода и законность раздельно немыслимы. Сегодня стоящие у власти люди их не создадут. Их должны сменить новые люди.

Новые люди должны прекратить экономическое бесправие и интеллектуальное рабство, оперируя законом.