Потом же Савва, роздав все имение свое, елико имеяше, убогим, сам же иде в монастырь Чюда архистратига Михаила, иде же лежат мощы святителя божия Алексея митрополита, иже зовется Чюдов монастырь.[1214] И возприав иноческий чин и начя ту жити в посте и в молитвах, беспрестанно моляся господеви о согрешении своем. В монастыре же оном поживе лета довольна, ко господу отиде в вечный покой, иде же святии пребывают. Буди же вседержителю богу слава и держава во веки веков, аминь. Конец и богу слава.

ЖИТИЕ ПРОТОПОПА АВВАКУМА

Аввакум протопоп понужен бысть житие свое написати иноком Епифанием,[1215] — понеж отец ему духовной инок, — да не забвению предано будет дело божие; и сего ради понужен бысть отцем духовным на славу Христу богу нашему. Аминь.

Всесвятая Троице боже и содетелю всего мира! Поспеши и направи сердце мое начати с разумом и кончати делы благими, яже ныне хощу глаголати аз недостойный; разумея же свое невежество, припадая, молю ти ся и еже от тебя помощи прося: управи ум мой и утверди сердце мое приготовитися на творение добрых дел, да, добрыми делы просвещен, на судище[1216] десныя ти страны причастник буду со всеми избранными твоими. И ныне, владыко, благослови, да, воздохнув от сердца, и языком возглаголю Дионисия Ареопагита[1217] о божественных именех, что есть богу присносущные[1218] имена истинные, еже есть близостные, и что виновные,[1219] сиречь похвалные. Сия суть сущие: сый,[1220] свет, истинна, живот, толко четыре свойственных, а виновных много; сия суть: господь, вседержитель, непостижим, неприступен, трисиянен, триипостасен,[1221] царь славы, непостоянен, огнь, дух, бог, и прочая по тому разумевай.

Того ж Дионисия о истинне: себе бо отвержение[1222] истинны испадение есть, истинна бо сущее есть; аще бо истинна сущее есть, истинны испадение сущаго отвержение есть; от сущаго же бог испасти не может, и еже не быти — несть.[1223]

Мы же речем: потеряли новолюбцы[1224] существо божие испадением от истиннаго господа, святаго и животворящаго духа. По Дионисию: коли уж истинны испали, тут и сущаго отверглись.

Бог же от существа своего испасти не может, а еже не быти, несть того в нем: присносущен истинный бог наш. Лучше бы им в символе веры[1225] не глаголати господа, виновнаго имени, а нежели истиннаго отсекати,[1226] в нем же существо божие содержится. Мы же, правовернии, обоя имена исповедаем: и в духа святаго, господа истиннаго и животворящаго света нашего, веруем, со отцем и с сыном поклоняемаго, за него же стражем и умираем, помощию его владычнею. Тешит нас Дионисий Ареопагит, в книге ево сице пишет: сей убо есть воистинну истинный християнин, зане истинною разумев Христа, и тем богоразумие[1227] стяжав, изступив убо себе,[1228] не сый в мирском их нраве и прелести,[1229] себя же весть трезвящеся и изменена[1230] всякаго прелестнаго неверия, не токмо даже до смерти бедъствующе истинны ради, но и неведением скончевающеся[1231] всегда, разумом же живуще, и християне суть свидетелствуемы.[1232] Сей Дионисий научен вере христове от Павла апостола, живый во Афинах, прежде, даже не приитти в веру христову, хитрость имый[1233] ищитати беги небесныя; егда ж верова Христови, вся сия вмених быти яко уметы.[1234] К Тимофею[1235] пишет в книге своей, сице глаголя: «Дитя, али не разумееш, яко вся сия внешняя блядь ничто же суть, но токмо прелесть и тля[1236] и пагуба? Аз пройдох делом и ничто ж обретох, но токмо тщету». Чтый да разумеет. Ищитати беги небесныя любят погибающий, понеже любви истинныя не прияша, воеже[1237] спастися им; и сего ради послет им бог действо льсти,[1238] воеже веровати им лжи, да суд приимут неверовавшии истинне, но благоволиша о неправде. Чти Апостол, 275.[1239]

Сей Дионисий еще не приидох в веру христову, со учеником своим во время распятия господня быв в Солнечном граде,[1240] и видев: солнце во тму преложися и луна в кровь, звезды в полудне на небеси явилися черным видом. Он же ко ученику глагола: «Или кончина веку прииде, или бог-слово плотию стражет»;[1241] понеже не по обычаю тварь виде изменену: и сего ради бысть в недоумении. Той же Дионисий пишет о солнечнем знамении, когда затмится: есть на небеси пять звезд заблудных,[1242] еже именуются луны. Сии луны бог положил не в пределех, яко ж и прочий звезды, но обтекают по всему небу, знамение творя или во гнев, или в милость, по обычаю текуще. Егда заблудная звезда, еже есть луна, подтечет под солнце от запада и закроет свет солнечный, то солнечное затмение за гнев божий к людям бывает. Егда ж бывает от востока луна подтекает, то по обычаю шествие творяще закрывает солнце.