Читаем Избавители звезд полностью

Она пропустила слова Джаварата мимо ушей. Мужчины стонали, лёжа на холодной земле. Насир снова вскочил в седло Афьи и, не говоря ни слова, направил её обратно к основному тракту.

Насир должен был прислушаться к инстинктам, когда только свернул с дороги и направился к этой деревне. Прежде Принц Смерти был угрозой, а теперь стал для простого люда воплощением обещанных сокровищ. Награда за его голову – мишень на спине.

Но что хуже – часы уже отмеряли песок, и Альтаир к этому моменту покинул Тальдж, а его план пришёл в дейс– твие.

Насир не должен был покидать Деменхур и пересекать границу Сарасина до рассвета, когда хотя бы тусклый серебристый свет подарит им немного безопасности, но теперь им придётся перебираться через Перевал Тенама и провести ночь там. Он не мог позволить себе рисковать и оставаться здесь. Не с ней.

Луна словно проливала слёзы на снежный покров. Смутные очертания зданий проносились мимо, и кое-где вспыхивали огни светильников. Перед мысленным взором он видел семерых мужчин – нет, мальчишек, со слишком длинными для их лет языками, – лежавших на земле.

«Принцева шлюха».

Даже когда он пытался делать добро, даже когда не обнажал клинок и не крал живую душу, он ранил людей. Ранил её. Тьма заструилась из него, дымкой стелилась за ними.

– Поговори со мной, – хрипло выдохнул Насир, уткнувшись в волосы девушки.

Её ладонь легла на его запястье.

– Ты нравишься луне. Посмотри, как она сияет для тебя.

В горле встал комок – в переливах её голоса он слышал печаль.

– Ты – не такой, – помолчав, сказала она – так тихо, что он едва услышал за стуком копыт Афьи.

– Не какой?

– Не такой, как назвали тебя.

Он замер.

– Знаю, – наконец сказал он.

Зафира лишь хмыкнула, обозначая его ложь.

Афья никогда не жаловалась, хотя вскоре Насир почувствовал, как сильно напряжены её мышцы, как она измождена. К тому моменту они уже поднялись выше на Перевал Тенама. Ночная тьма сгустилась, и ветер доносил вой голодных зверей со склонов Гор Данкали.

Проход сквозь тьму был узким; опасный тоннель, освещённый лишь луной, полускрытой за облаками. Здесь было безлюдно, если не считать раскинутых в тени редких шатров. Там горели костры, и люди укрывались от ветра.

Насир не остановился ни у одного из них, даже у того, где женщина помахала им рукой и предложила еды на до– рогу.

А потом они резко остановились у самого выхода с перевала. Афья тяжело дышала – её бока вздымались под ними.

Насир спешился и уставился вперёд.

– Сарасин, – прошептала Зафира, содрогнувшись.

Тьма была абсолютной. Луна спряталась, словно стыдилась тех, кто был внизу. Кое-где вспыхивали очаги света, слишком тусклые и редкие – словно чьи-то глаза на кладбище. Вместе с тьмой пришёл холод, превосходящий даже холод Демен– хура.

– Там ифриты, – сказала Зафира, и Насир вспомнил, что она прекрасно видела в темноте. Теперь и он мог видеть, благодаря силе в его крови, которую он не так давно открыл, спустя годы преодоления страха, жившего в нём.

Он повёл Афью под уздцы, положив ладонь на рукоять скимитара, бдительно оглядывая окрестности. У деревеньки, такой маленькой, что здесь бы их вряд ли узнали, они остановились. Караван-сарай оказался низкой постройкой, протянувшейся под безлунным небом. Во дворе рядом с единственным караваном лениво прогуливались лошади и дремали верблюды. Караван-сарай был тихим и казался таким же заброшенным, как земли, по которым они прошли, но по крайней мере здесь было открыто, и больше ничего не имело значения.

– Жди здесь, – сказал Насир, набрасывая капюшон.

– Marhaba, – проговорила низенькая пухленькая женщина в грубо связанной абайе, когда он переступил через занавешенный проём и оказался в помещении, полном гостей. – Я – Рамила.

– Кажется, торговля идёт хорошо, – заметил принц.

Компания сидевших гостей выглядела подавленной, но вела себя довольно шумно, а еды было в избытке. Другая женщина сидела на табурете, демонстрируя свои длинные смуглые ноги, припорошенные золотом. Она играла на най[36], и пальцы чувственно скользили по флейте.

Хозяйка караван-сарая смотрела на него, изучая его одежду. Лицо у неё было добрым.

– Солнце теперь не показывается, но это ведь не ново, да? А людям по-прежнему нужна тёплая постель.

– Здесь есть ифриты?

– Сюда они не приходят. Чем я могу помочь тебе, sayyidi?

– У тебя есть комнаты?

– Ayws, – с улыбкой подтвердила Рамила. – Луна подарила тебе удачу – у меня как раз осталась одна сво– бодная.

– Только одна?

Женщина кивнула.

– А с тобой целая компания?

– Я беру ту комнату. А ещё мне нужна женщина…

Её улыбка потускнела от разочарования.

– Таких нужд мы не удовлетворяем, sayyidi. – Она жестом указала на кого-то за его спиной. – Иногда Рана соглашается, если ты ей нравишься.

Насир обернулся к женщине, игравшей на флейте, запоздало осознав, что имела в виду Рамила, когда музыкантша игриво ему улыбнулась.

– Я… это… мне не… – он откашлялся. – В смысле, мне нужна целительница.

Рамила рассмеялась, откинув голову.

– Не пугайся ты, sayyidi. Так бы сразу и сказал! Я осмотрю твои раны. – Она окинула его взглядом. – Но мой супруг более искусен. Позвать его?