Читаем Из-за денег полностью

— Может быть. Я не знаю. Но у отчима было больное сердце. Почти прикованный к постели, инвалид… Внезапный испуг, грохот вполне могли вызвать еще один инфаркт.

— Что-нибудь еще девочка сказала?

— Ничего. За исключением того, что отчим был хороший, а мать — плохая. Да, и еще, что она зашла к нам в участок по пути из школы домой. На минуту. Потому что не хотела, чтобы мать узнала, что она сообщила в полицию.

— Ты отпустил ее? Ты не задавал ей дополнительных вопросов?

Левин пожал плечами.

— Зачем? Ведь я не поверил ей. Ты ведь знаешь, какое у детей воображение.

— А теперь, что ты думаешь?

— Теперь я сомневаюсь. — Он поднял руку и показал жене два пальца. — Теперь в моем уме торчат, как гвозди, два вопроса. Устроила или нет ее мать «большой шум», который убил ее отчима? Если да, то сделала ли она это умышленно, или это просто явилось случайностью? — Левин загнул оба пальца в кулак и внимательно посмотрел на жену. — Теперь ты понимаешь? Может быть, мать девочки на самом деле причинила смерть, но не умышленно. Если так, стоит ли придавать эту историю гласности и усугублять положение этой женщины? Но также может быть, что девочка права, и убийство имело место. Тогда и девочка в опасности, потому что если я ничего не предприму, а мать каким-то образом дознается…

Пегги утвердительно ему кивнула.

— И мне тоже не нравится эта ситуация. Как может защитить себя такая маленькая девочка? Женщина, убившая своего мужа, способна также легко убить и своего ребенка. Нет, Аб, эта ситуация мне совсем не нравится.

Левин потянулся за чашкой кофе и отпил из нее.

— Да, ситуация сложная. Но что я могу сделать?

Пегги покачала головой:

— Такая девочка! Такая женщина! А с другой стороны, может быть, все не так. — Она посмотрела на мужа. — А сейчас давай закончим ужинать. Будем думать позже.

В оставшееся за столом время они говорили о другом. Как обычно, после ужина его желание курить усилилось, и Левин ни на чем не мог сосредоточиться. Они смотрели телевизор. Но, даже ложась в постель, он все еще не мог прийти к какому-то решению. Устраиваясь рядом, Пегги внезапно сказала:

— Ты думаешь о ней, о девочке?

— Я буду спать, думая, закурю ли завтра утром сигарету, — ответил он.

— И забьешь гвозди в собственный гроб, — заметила резко жена. Левин покосился на нее и выключил свет.

Они молча лежали в темноте на большой двуспальной постели, с годами провалившейся к середине от их привычки прижиматься во сне друг к другу. В комнате было прохладно, почти холодно, поэтому и на этот раз Левин прижался спиной к телу жены, прежде чем закрыл глаза. Тепло ее тела согревало его, и он постепенно начал засыпать.

Внезапно какой-то звук вырвал его из состояния полусна. Он вздохнул и выдохнул полной грудью и прислушался. За стеной, в другой квартире, плакал ребенок.

«Уйди, уйди с дороги, дай и нам пространство в этом мире, — говорил про себя Левин, подбирая слова под этот детский плач. — Уступи дорогу новой жизни».

«А ведь ребенок прав, — подумал он. — Мы должны заботиться о детях, воспитывать их и в конце концов уступить им дорогу. Да, плачущий ребенок прав».

«Завтра я сделаю что-нибудь для этой маленькой девочки», — решил детектив.

Утром в участке Левин прежде всего поговорил с Кроули. Он сел на стул для посетителей, приставленный к столу напарника.

— Я хочу обсудить с тобой вопрос о девочке

— Не против. Я ведь и сам думал о ней вчера вечером.

— Нам следует проверить ее версию.

— Согласен. Мне кажется, что я смогу что-нибудь разузнать о смерти ее отца, Джейсона Торнбриджа, так его звали?

— Действуй, — сказал Левин. — А я тем временем зайду в школу, поговорю с учителями. Если девочка известна им склонностью выдумывать всякую чепуху, тогда все ясно.

— Правильно. Ты знаешь, в какой школе она учится?

— В частной школе Латмора, что на Третьей улице.

Кроули сдвинул в недоумении брови.

— Разве она тебе это говорила? Я что-то не слышал.

— Нет. В какой школе она учится, девочка не говорила. Но частная школа Латмора — единственная, где она может учиться. — Левин смущенно улыбнулся. — Я немного поиграл в Шерлока Холмса. Она сказала, что зашла к нам по пути из школы домой, и только три школы расположены в этом направлении, то есть на линии от нас до проспекта Парк-вест — три школы, до которых она может ходить пешком. — Левин выставил вперед три пальца и стал загибать их по одному. — Школа святого Алоиза, но она не была одета в форму учеников этой школы. Есть вторая — государственная школа, расположенная в восточной части проспекта Парк-вест. Но девочка слишком нарядно одета и хорошо воспитана по сравнению с учениками этой школы. Поэтому остается частная школа Латмора.

— О’кей, Шерлок, — сказал Кроули, — отправляйтесь к утонченным типам в школу Латмора. Я покопаюсь тем временем в обстоятельствах несчастного случая с Торнбриджем.

— Кто-то из нас должен доложить о наших действиях лейтенанту. Сказать ему, что мы хотим предпринять.

— Хорошо. Иди и доложи.