Фрэнк задумался. Вполне вероятно, что Эрнест Питерсон знает, ездит ли Хосе Кардосо на машине. Можно попытаться разыскать его в агентстве Блейка.

Им повезло. Фрэнк быстро дозвонился, и женский голос ответил, что это агентство Блейка и что мистер Питерсон на месте. Немного погодя в трубке послышался недовольный голос Питерсона.

— Алло, Питерсон? Говорит инспектор Эбботт. Послушайте, не знаете ли вы, есть у Кардосо машина?

— О да, сэр, небольшой «форд». Он стоял у дома, когда я пришел к нему за инструкциями.

— Но на номер, наверное, вы не обратили внимания?

— Нет, обратил. Темно-зеленая машина с узкой черной полосой, ОХ 333.

— Огромное спасибо, Питерсон. — Фрэнк повесил трубку и сообщил о том, что узнал, инспектору Кольту. — А ваша свидетельница не сказала, какого цвета была машина?

— И она, и ее парень говорили, что это была небольшая темная машина. Ни цвет, ни марку они не заметили.

Похоже, Кардосо придется кое-что объяснить.

— Мы можем пригласить его сюда и посмотреть, узнают ли его те двое. Кто они, кстати?

— Он — молодой парень, носильщик на станции, увлекается игрой в дартс. Зовут его Хоскин. А девушка — Дорис Хейл, работает в местной прачечной.

Фрэнк взглянул на часы:

— Когда ближайший поезд в город? Я, пожалуй, поеду. А Хосе Кардосо, как вы правильно заметили, придется многое объяснить.

Глава 21

Хосе Кардосо вызвали в кабинете начальника полицейского участка в Клифтоне. Кардосо протестующе вскинул руки:

— Зачем вы меня вызвали? Меня в чем-то обвиняют?

Начальник полиции сказал:

— Дело в том, что мисс Дорис Хейл и молодой человек по имени Хоскин готовы засвидетельствовать, что вы — тот самый иностранец, который выходил из бара «Веселый рыбак» в среду в десять часов вечера. Мисс Хейл запомнила номер вашей машины и назвала его. Должен вас предупредить, что и девушка, с которой вы были в баре, тоже известна. Это Мари Боннет. Прислуга в пансионе, где остановился мистер Филд. Она дала показания.

Кардосо вскочил на ноги, но потом снова сел.

— Ну и что здесь такого? В тот вечер она действительно была со мной. И если она дала показания, то вам должно быть ясно, что я невиновен. — Его побледневшее лицо постепенно приобрело нормальный цвет. — Послушайте, я вам все расскажу. Я не хотел этого делать, потому что понимал неловкость ситуации. А кому хочется попасть в неловкое положение? Вот я и решил хранить молчание. Но раз уж не вышло, я расскажу вам всю правду, ничего не утаю.

— Так-то будут лучше, — заметил начальник.

Инспектор Кольт взглянул на лежавшие перед ним листки бумаги — показания Дорис Хейл, Хоскина, Мари Боннет.

Инспектор Эбботт, сидя в непринужденной позе, внимательно смотрел на Хосе Кардосо. И если бы Хосе вздумал уклониться от правды, такой взгляд смутил бы его.

Кардосо принялся рассказывать:

— Я Выполнил долг брата и гражданина. Филиппе исчез. Разве я мало сделал, чтобы найти его? Разве я не обратился в Скотленд-Ярд? А когда меня пригласили опознать якобы тело брата, неужто я не должен был сказать, что думаю? Но потом я вспомнил одну примету и засомневался, что это действительно тело моего брата. Разве я не обязан был сообщить полиции о своих сомнениях? Что я сделал не так?

Ему никто не ответил, полагая, что это вопрос риторический.

— Лучше расскажите, зачем вы приехали сюда, — заметил Фрэнк Эбботт. — Нам известно, что вы наняли Питерсона, чтобы разыскать Филда, подозревая, что он причастен к исчезновению вашего брата. Мы знаем, что в среду днем Питерсон сообщил вам здешний адрес Филда. А к вечеру вы были уже в Клифтоне. Как я понимаю, вы это признаете? Расскажите, в котором часу вы прибыли сюда, и что делали потом.

— Я приехал сюда в начале десятого. Оставил машину и пошел разыскивать дом, адрес которого мне дали. Из одного дома вышла девушка. Я спросил ее, не знает ли она, который из домов носит название «Морской пейзаж», и она мне показала на дом, из которого вышла. Я спросил об Элане Филде, и она сказала, что он куда-то ушел. Я спросил, когда он вернется, а она говорит: «Кто знает?» Я попросил ее отнести записку с просьбой встретиться со мной утром, она согласилась это сделать, но только попозже, когда вернется. Я предложил ей чего-нибудь по-дружески выпить, она сказала, что не возражает, и мы пошли в бар «Веселый рыбак». Там нас и видели мисс Хейл и мистер Хоскин, — Хосе расплылся в улыбке и развел руками:

— Что в этом преступного?

Фрэнк Эбботт протянул руку и взял показания Мари Боннет.

— Но это еще не все, вечер на этом не закончился, — сказал он. — Согласно медицинскому заключению, Элан Филд, по всей вероятности, в это время был еще жив.

Куда вы поехали потом?

Хосе снова разволновался, хотя был оптимистом и уже начал думать, что опасность миновала. Но что им наговорила эта девочка? Вдруг она соврала? Вдруг сказала, что он подвез ее к дому, и там они расстались? Тогда у него нет алиби, и положению его не позавидуешь. Если же она сказала правду или хотя бы часть правды — откуда ему знать, что именно она сказала? Надо как-то спасать себя. Но в чем оно, его спасение?