Читаем Из плена иллюзий полностью

В основе алкогольного поражения мышцы сердца лежит прямое токсическое влияние спирта на миокард в сочетании с изменениями нервной регуляции и микроциркуляции. Развивающиеся при этом грубые нарушения внутритканевого обмена ведут к развитию очаговой и диффузной дистрофии миокарда, проявляющейся в нарушениях ритма сердца и сердечной недостаточности. Алкогольное поражение сердца в виде гипертрофии миокарда и ожирения сердца было известно давно под названием "пивного" или "бычьего сердца" ввиду его больших размеров. Прогрессирующая сердечная недостаточность с нарастающей одышкой, тахикардией, отеками, увеличенной печенью, нарушением ритма и большими размерами сердца издавна считалась типичной для людей, употребляющих спиртные напитки.

Патологоанатомы нередко находили у пьяниц проходимыми коронарные артерии крупного калибра. Однако специальное исследование мелких внутрисердечных сосудов показало глубокие изменения всех слоев сосудистых стенок со склеротическими наслоениями как в самих стенках, так и в окружающем их миокарде. Эти изменения в сосудах приводят к тем же явлениям ишемии миокарда, то есть к недостаточному кровоснабжению с последующим кардиосклерозом, как и при заболеваниях стенокардией.

Я специально более подробно остановился на последних научных данных о пагубном влиянии спиртных напитков на сердце. И прежде всего потому, что среди обывателей бытует мнение, будто алкоголь расширяет коронарные сосуды и тем предупреждает инфаркты. Встречается даже этакое бравирование вредными привычками, когда те, кто курит и пьет, заявляют, что если они выкурят папиросу, которая суживает коронарные сосуды, а затем выпьют рюмку коньяку, который, мол, расширяет эти сосуды, то тем самым они добьются нейтрализации действия табака и алкоголя, и сосуды останутся в норме. Это примитивное и вульгарное суждение в корне ошибочно. Выкуренная папироса действительно суживает крупные коронарные сосуды, коньяк же ведет к подобным изменениям в средних и мелких сосудах сердца. Следовательно, оба эти яда - и спирт и никотин, дополняют друг друга в своем губительном действии на сердце, хотя выпившему и кажется, что ему стало лучше.

Пьющий человек всегда находится на грани возможного бедствия или катастрофы.

Недалеко от нас живет семья: муж, жена, двое детей. Жена удивительно доброе, кроткое существо. Она и работает, и за детьми ухаживает, и по дому все делает. Мужу ее около 40 лет. Почти всегда он, что называется, выпивши, пьет "умеренно", но часто, чуть ли не ежедневно.

С ним то и дело случаются какие-то неприятности: то он пьяным вышел на мороз без одежды, простудился и слег с пневмонией, то, выпив что-то недоброкачественное, долгое время лежал с болями в животе, то просто не может подняться с постели из-за головной боли. А недавно зимой, будучи в нетрезвом виде, он упал с крыши сарая и повредил себе позвоночник, по-видимому, спинной мозг, и чувствует резкую слабость в ногах.

Как-то я зашел к нему по делу. Он встал с постели, но долго не мог надеть валенки. Надев их и простояв со мной в коридоре минут пять, тут же сел на табурет, пожаловавшись, что ноги не держат. Однако в больницу он лечь отказывается и продолжает пить.

Семья от этого сильно страдает. У мальчика лет восьми было воспаление легких, которое осталось недолеченным. Имеются признаки перехода заболевания в хроническую стадию. В последнее время у него выявился к тому же неврит слухового нерва с обеих сторон, слух быстро снижается. Но жена не может ходить с ребенком по больницам, так как ей не с кем оставить супруга.

Парадокс! Мужчина, который должен делать все для семьи и оберегать каждого, требует за собой большего присмотра и ухода, чем какой-нибудь глубокий старик. При этом он не считает себя ни алкоголиком, ни даже пьяницей. Он пьет "умеренно". Его никто не видел валяющимся в канаве. Что же касается того, что он упал с крыши сарая, то с кем не бывает?!

Еще хуже судьба нашей доброй знакомой Анны Максимовны. Она работала в молочном магазине, и мы нередко с ней встречались. Несколько раз она жаловалась на то, что ее сын пьет. Способный рабочий, но губит себя водкой смолоду. Все уговоры и просьбы не помогали. Правда, он работал, пил "умеренно", как сам считал, но тем не менее пил почти ежедневно. Мать тяжело переживала за своего сына. И не зря переживала. Не так давно я увидел ее всю в слезах. Она сказала, что в компании, где сын пьянствовал, случилась драка, и его зарезали насмерть.

Это был ее единственный сын и вообще единственный близкий человек на свете! Муж, тоже пивший, давно умер. Осталась она одна, пожилая, больная, состарившаяся раньше времени от постоянных тревог и забот. Не к кому ей приклонить свою седеющую голову.

Очень часто алкоголь даже в "умеренных" дозах резко меняет характер пьющего, иногда до такой степени, что человек перестает быть самим собой и превращается в какого-то зверя.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Кафедра и трон. Переписка императора Александра I и профессора Г. Ф. Паррота
Кафедра и трон. Переписка императора Александра I и профессора Г. Ф. Паррота

Профессор физики Дерптского университета Георг Фридрих Паррот (1767–1852) вошел в историю не только как ученый, но и как собеседник и друг императора Александра I. Их переписка – редкий пример доверительной дружбы между самодержавным правителем и его подданным, искренне заинтересованным в прогрессивных изменениях в стране. Александр I в ответ на безграничную преданность доверял Парроту важные государственные тайны – например, делился своим намерением даровать России конституцию или обсуждал участь обвиненного в измене Сперанского. Книга историка А. Андреева впервые вводит в научный оборот сохранившиеся тексты свыше 200 писем, переведенных на русский язык, с подробными комментариями и аннотированными указателями. Публикация писем предваряется большим историческим исследованием, посвященным отношениям Александра I и Паррота, а также полной загадок судьбе их переписки, которая позволяет по-новому взглянуть на историю России начала XIX века. Андрей Андреев – доктор исторических наук, профессор кафедры истории России XIX века – начала XX века исторического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова.

Андрей Юрьевич Андреев

Публицистика / Зарубежная образовательная литература / Образование и наука