Читаем Из писем к ближним полностью

Передо мной лежат два новых, роскошно иллюстрированных журнала. Одному имя - "Столица и Усадьба", другому - "Армия и Флот". Между ними та связь, что столица и усадьба, как главные очаги цивилизации, не могут существовать без могучей защиты армии и флота; в свою очередь и армия, и флот не могут существовать без хорошо организованной столицы и усадьбы. Столица - общая колыбель государственного сознания и направляющей народ воли. Усадьба колыбель тех героев, пехотных офицеров и моряков, которые во главе воспитанного около усадьбы героического народа клали в течение веков камень за камнем, т.е. победу за победой, воздвигая величавое здание государственности. Между названными журналами есть кровное родство, дающее право поговорить о них как об одном явлении. Оба журнала издаются сравнительно молодыми талантливыми людьми, что обеспечивает им успех.

Посылая мне первый № "Столицы и Усадьбы", В. П. Крымов благодарил меня за мысль издавать орган красивой жизни. Я не мог припомнить, когда и где я подал эту любопытную мысль, но мне указали мою статью от 15 сентября прошлого года ("Заветы прошлого"). Действительно, в этой статье, оплакивающей гибель дворянской культуры, имеются такие строки:

"В стиле "Старых годов", 22 спасающих вещественные остатки дворянской культуры от великого кораблекрушения, следовало бы основать особый журнал для собирания духовных остатков, тех человеческих документов, что свидетельствуют о моральной роскоши старого общества... Ради вечной памяти всему доброму и прекрасному следовало бы основать особый журнал, перепечатывающий то, что говорилось когда-то от имени хорошей культуры духа..."

В. П. Крымов - чем я очень польщен - заметил эту мысль, но сильно ее "усовершенствовал", и даже до неузнаваемости. Он ищет красивой жизни не только в прошлом, но и в настоящем, и в жизни не только моральной красоты, но и всякой другой, без излишне-строгого разбора. В таком виде идея журнала принадлежит уже целиком В. П. Крымову, и я ни на какую часть в этом отношении не претендую. Сама по себе, рассуждая эклектически, мысль такого журнала хороша, если строго придерживаться красоты и не изменять ей. Красота, к глубокому позору человечества, очень часто проституируется, ее используют иногда для дурных и безобразных целей, - по сама по себе, an und fur sich, 23 как говорят немецкие философы, красота всегда есть нечто божественное и священное, чему подобает самое искреннее и вечное наше поклонение.

Журнал В. П. Крымова, вероятно, производит сенсацию, но едва ли среди серьезных любителей красивой культуры. Конечно, на первых порах приходится довольствоваться несколько сборным и пестрым материалом, а потому не следует быть очень строгим, - но дальнейшие выпуски желательно бы видеть поближе к первоначальному замыслу. Красивая жизнь - великое дело; едва ли есть страна в большей степени, чем Россия, нуждающаяся в том, чтобы укреплять в себе среди скифской дичи и глуши начала великих цивилизаций, начала вкуса и изящества во всем, начала законченности и сдержанности, которых не признает вульгарный цинизм. О красивой жизни мечтает не один народ наш, но и заметно одичавшее общество. "Красота спасет мир", - говорил Достоевский, достаточно настрадавшийся от безобразия русской действительности. Но служение красоте, как служение муз - "не терпит суеты, прекрасное должно быть величаво". Размениваясь на мелочи и отзываясь на жаждущее рекламы тщеславие, талантливый редактор "Столицы и Усадьбы" рискует многое красивое подменить сомнительным.

Героическая жизнь