Читаем Из пепла (СИ) полностью

— Я вполне могу использовать в темную всю мощь дикой тундры. Пародам им через гномов пушек и побольше приличного оружия. Только что с ними потом делать? Еще имеется резервный вариант поднять громадную армию скелетов, есть одно местечко…

— Знаю, пустыня Гремящих Костей. Там ваши крепко вломили Свету и сами все полегли. Последняя битва войны.

Безымянный позвонил в серебряный колокольчик, на его зов явилась громадная черная пантера.

— Это Айлин — дочь старейшины пантер Панвера Сломанного Клыка, мой телохранитель. Она отведет тебя куда, захочешь, через нее же договаривайся о встрече. А с кошкоглазыми я тебя сведу только через три дня на бал-маскараде, устроенном в честь дня рождения Великой Кошки. И, пожалуйста, пригласи своего барда, хочется послушать о моих героических подвигах. Ведь это он ждет в приемной?

— Хорошо, только воздержись от своих баек про меня. И напоследок удовлетвори мое праздное любопытство. Чем вам не угодил ваш любимый мрамор? — Эльф коротко хохотнул. — Это не то, что ты подумал. Поблизости не найти приличного камня. А везти издалека — слишком дорого. Вот мой пра, не помню, в какой степени, внук придумал строить дома из песка и потом сплавлять его в единый монолит. Получается материал очень похожий на вулканическое стекло. А официальная версия для посторонних как раз то, что ты подумал. В конце концов, мы же темные эльфы!

Пантера привела меня в небольшую комнату без окон, единственное убранство которой составляли алтарь, выточенный из цельной глыбы черного мрамора и два кожаных кресла. Эльфы всегда были слишком горды, чтобы поклоняться богам, по этому их храмы очень похожи на комнаты для переговоров, чем и являются. Я поудобней уселся в кресло, закинул ноги на алтарь и начал изрыгать самую грязную ругань, на какую был только способен. Крайне непочтительно с моей стороны, но это единственный быстрый способ привлечь к себе внимания бога. Молитва бы не помогла вообще. Взаимоотношение простых смертных и богов всегда были очень запутанны, что уж говорить про меня. Все вроде бы просто: верующий молитвой отдает богу часть своих сил, взамен бог старается выполнить пожелание молящегося. Правда тут еще зависит от крепости веры, желаний самого бога и количества верующих. Если культ многочисленен то бог старается сделать что-то глобальное, чтоб поощрить, как можно больше верующих одновременно, иначе не хватит времени. Правда бог может и плюнуть на всю эту канитель с собственным культом, вопреки распространенному заблуждению вера смертных только дополнительный источник силы, вполне можно обойтись без него. Наиболее могущественные маги и бессмертные, вроде меня, в богов, как правило, не верят, зато знают о них. Но парадокс заключается в том, что если верующий может дозваться до своего бога, откуда угодно, то маги только из храма, даже если бог будет стоять в трех метрах.

"Под сводами величественного храма блеснула молния, и грянул гром, бог явился покарать нечестивца"! — мог бы написать монах-летописец, но действительность куда прозаичней, но вместе с тем забавней. В кресло напротив меня плюхнулся заросший кряжистый мужик, одетый в скверно-выделанные вонючие шкуры, и запустил в меня дубовой кружкой из под пива. Для разнообразия папаша явился в истинном облике.

— Чего звал харя зеленая?! Говори быстрее, у меня пир, сразу сотня воинов пожаловала, нечета тебе лоботрясу! — На самом деле он меня любит, просто таким манером меня воспитывает, педагог недоделанный.

— Сам ты недоделанный! Щаз как дам по хребтине веслом, хотя нет, не буду, весло жалко. — А еще он читает мысли и любит прикидываться неотесанным варваром, коим и был в бытность свою бессмертным.

— Да повздорил тут с одним эльфийским божком, а вот с каким не знаю. Решил у тебя спросить, заодно и раздобыть что-нибудь из твоего арсенала железок.

— Три тыщи лет меня не вспоминал, а как прищемили хвост — сразу прибежал. Сам заварил кашу, сам и расхлебывай.

— А где ты найдешь еще одного сильного мага смерти? — Хитро спросил я.

— Тьфу ты! Подавись! — Он грохнул прямо мне на ногу тяжеленную двуручную секиру. — У тебя только удар, потом она вернется ко мне. Бога зовут Элмар, из светлого пантеона. Поздно придурки спохватились, угробили своих сторонников, теперь пытаются возродить.

— С меня бутылка.

— Ящик лучшего вина трехсотлетней выдержки! И храм мне построишь в новой столице, да побольше. Бывай. — И он растворился в воздухе. Я подобрал секиру, тут же превратившуюся в изящный дамский револьвер, с одним патроном в барабане.

Пока я разговаривал с Охотником, Айлин успела принять человеческий облик и одеться.

— О какой встрече говорил князь?

— Здесь есть безопасное место, где нас не подслушают?

— Следуйте за мной. — Она привела меня в небольшой закрытый дворик, засаженный высокими соснами. В глубине его стояла изящная беседка.

— Это двор памяти, полностью защищен от чужих ушей. — "Ностальгирует Безымянный по своим родным лесам, знал бы — захватил с собой пару саженцев".