Читаем Из глубин полностью

Мужик контролировал территорию сверху и пока ничего тревожного внизу не замечал. Со стороны кремля он, похоже, нападения не ожидал. Наверное, уже проверил кремль и успокоился.

Рядом, под башенным фундаментом, Киря увидел небольшой лаз, в который спускалась веревка. Тот самый схрон? Наверное, его-то и сторожит часовой.

Судя по всему, человек в противогазе был, в отличие от Алёны, живым и вполне себе материальным. Это радовало. Обращаться с живыми Киря умел. И имел представление о том, как обращать живых в мертвых.

Вступать с местными в мирные переговоры он не собирался. В Казани уже были одни переговоры, и ни к чему хорошему это не привело. Здесь все, что нужно, он узнает по-своему.

Ну-ка, ну-ка, голубчик…

Киря прислонил автомат к краю пролома и вытащил из ножен на поясе штык-нож. Сейчас лучше обойтись без шума. Скорее всего, этот тип здесь не один.

Киря нырнул в брешь. Часовой с «калашом», кажется, все-таки услышал его, однако сделать ничего не успел. Киря пинком сбил оружие с колен дозорного. Самого схватил сзади. Чужак попытался было приподняться, но Киря уже повис на нем всем телом. Руку — на фильтр, нож — под фильтр. Задрать голову, резиновый затылок — на себя. Теперь не вырвется. Если начнет трепыхаться — лишится противогаза, а лезвие полоснет по горлу.

— Сидеть тихо. Отвечать быстро, — глухо просипел Киря. — Сколько вас? Где остальные? Что делаете? Ну!

Мужик не захотел. Ни сидеть, ни отвечать. Все-таки попытался вырываться. Причем извернулся довольно грамотно. Чуть-чуть не освободился от захвата. Но чуть-чуть — не считается.

Киря полоснул ножом под противогазным фильтром. Разрезал плотную резину и податливое горло. Отпихнул хрипящее и брызжущее кровью (точно — живой, пока еще живой…) тело под стену, в фиолетовые заросли безлистного вьюнка.

Переплетение гибких стеблей, цеплявшееся за кладку, вдруг опало вниз, как оборвавшийся занавес. Фиолетовая сеть бесшумно накрыла и умирающего человека, и забрызганную кровью землю. Все произошло так быстро и неожиданно, что Киря сам едва успел отскочить. Он не смог даже выдернуть из-под вьюнков автомат часового.

В стеблях открылись похожие на надрезы складки. Послышались отвратительные чавкающие звуки: фиолетовая дрянь жадно всасывала человеческую кровь.

Так вот что это за ползучие кустики! Вьюнок оказался вампиром-клептоманом! Не в силах справиться с жертвой самостоятельно, он поджидает, пока кто-нибудь более сильный пустит кровь жертвы, а когда это происходит — старается урвать свое и впитать побольше живительной влаги.

Возможно, кровь и не была единственной пищей растения-упыря, но она явно была для него излюбленным лакомством.

Шевелящиеся стебли ворочали истекающее кровью тело. С головы часового соскользнул противогаз. То ли его стянули ожившие побеги, то ли в агонии сорвал сам человек, но на миг в переплетении стеблей Киря увидел… себя. На начохра смотрело его лицо — искаженное и окровавленное, с выпученными глазами.

Кровоточащую шею опутало толстым слоем фиолетовых стеблей с надрезами-«пастями», в рот, из которого лилась красная жидкость, тоже вползал целый пучок шевелящихся отростков. Но Киря узнал себя даже в таком виде. Он замер в ужасе, судорожно сжимая штык-нож. Один из фиолетовых стеблей, поднявшись над дергающейся кучей, потянулся к окровавленному лезвию клинка, раскрыл щелеобразный рот… Киря рубанул тонкий гибкий побег. Обрубок упал на землю и тут же врос-впился в нее обоими концами. Видимо, это растение нисколько не страшилось расчленения.

* * *

Из состояния ступора Кирю вывели выстрелы. Автоматная очередь грянула снизу — из провала под башней. Потом — еще одна очередь. Потом раздался чей-то дикий крик. Спущенная в лаз веревка задергалась, и через пару секунд на поверхности показался еще один человек в защитном костюме и противогазе.

Сталкер что-то заорал. Причем, кричал он ему, Кире. Наверное, принял за часового, которого погребла под собой фиолетовая дрянь. Что ж, неудивительно: в костюмах химзащиты и противогазных масках люди становятся похожими друг на друга.

— Туман-мутан! Туман-мутан! Туман-мутан! — разобрал Киря приглушенный противогазом панический вопль. — Там туман-мутан! Помоги!

Туман? Мутан? Не тот ли это туман, о котором упомянула Алёна?

И — новый крик, полный боли и ужаса:

— Помоги-и-и!

Сталкер задергался так, словно кто-то или что-то схватило его снизу.

Киря сунул штык-нож в ножны и бросился к бреши в крепостной стене, где оставил автомат. Схватил оружие.

Когда он вновь выглянул в пролом, сталкер уже выбрался на поверхность и попытался уползти. Только что-то с ним было не так, с этим сталкером. Вернее, не с ним — с его ногами. И еще как не так!

Обе ноги были в крови. Резиновые штаны и сапоги словно разъело кислотой. И не только их. Рваная резина смешалась с лоскутами пузырящейся кожи и плоти. А еще…

Киря увидел, как что-то окутывало ноги бедолаги и тянулось за ним по кровавому следу. Какая-то аморфная муть, вытекающая из пролома, плотная, молочная, лениво клубящаяся, действительно похожая на густой туман.

Туман-мутан?