Читаем Из чаши (СИ) полностью

Однако у меня вопрос о роли барса. Ведь изначально зверь оберегал человека, несмотря на то что по призванию был одиночкой. Как рассказывал сам Александр, нападение было внезапным. Неужели высшая воля вела свою тварь по жизни, только чтобы однажды вынудить зверя изувечить любимое существо, а потом издохнуть в одиночестве? Это не выглядит как любовь и благодать для всякого творения Божьего. Кажется, у нас у каждого своя роль и час быть праведником или злодеем. И это снова возвращает нас к вопросу справедливости суда за эти предопределенные роли.

– Вы взволнованны, Иван. Вы много думаете о Боге. Но вы давно не были на службе в церкви. Если бы вы услышали воскресное пение, литургию, вы бы просто узнали благодать. С Богом в сердце просто не хочется придираться к отдельным фразам и искать зло там, где есть добро, – ответила Валка и улыбнулась слегка снисходительной, рассеянной улыбкой фанатички.

Иван понял, что говорил зря. Он видел такие улыбки у избирателей политиков, чья кампания велась хорошими пиарщиками.

– Вы, случайно, на службу ходите не в собор, где Музей Истории Христианства? – буркнул Иван.

– Нет. Он же недействующий. К тому же я православная, а не католичка.

– Простите, что прерываю интересную беседу, – заговорил динамик на столе, но у меня появилась минутка для общения с Иваном Сергеевичем.

Дверь кабинета Романа Волхова распахнулась, и выглянул его хозяин. Если до этого все встреченные Иваном жители Аркаима одевались и выглядели как скромные практичные люди, то координатор Роман сразу привлекал внимание. Очень коренастый (последствия жизни при высокой гравитации), Роман еще и отрастил снежно-белые волосы до плеч и заплел белую же бороду в косички. Учитывая, что он носил мешковатую белую рубаху навыпуск с вышитым красным орнаментом на воротнике и мешковатые штаны из похожей на лен ткани, – выглядел Волхов странно и как-то старомодно. Хорошо, хоть на ногах носил ботинки, а не лапти.

– Спасибо, Валка, что не дала гостю скучать, пока я мучился с этими всеми лицензированиями.

– У меня же сейчас нет задания, Роман Харальдович.

– Через пару минут загрузятся бланки, начнешь проверять и визировать. Пойдемте, Иван Сергеевич.

За дверью был кабинет, в некотором роде полная противоположность кабинету Федора на Лагарте. Никаких особенных украшений, только нарочно необструганные доски в отделке стен, пара нарисованных от руки в стиле «под лубок» картин. Зато беспорядок царил рабочий, всюду стопки химической бумаги, груды папок и ящики с бухгалтерскими распечатками, сломанные коммуникаторы по углам. Правда, на столе работал вполне стандартный и современный компьютер. Роман предложил гостю простой деревянный стул и сам сел на такой же.

– Извиняюсь за ожидание. Очень плотный график. У нас здесь хоть и провинция, а новостей много. Тому журналисту подтверди лицензию, этому – выпиши запрос в консульство, много дел. Поэтому важные встречи провожу лично, а не через Олнет.

– Но ведь у вас, наверное, имплантат в голове? Фильтрует и обрабатывает данные.

– Это? – Роман постучал пальцем по торчащей из виска под белыми прядями черной коробочке. – Хорошая штука, но больно автоматическая. Как понаписывает стандартных ответов, потом сам путаешься, где ты, а где машина. Вот и предпочитаю принимать людей у себя. Кстати, прошу прощения, я включил связь на последних минутах спора с Валкой, слегка подслушал. Интересно, редко кто нынче обсуждает, в какого Бога он верит.

– Да вообще-то ни в кого не верю. Я просто доказывал Валке, что вера в единого справедливого Бога не подтверждается действительностью. Уже, наверное, ритуалы неоязычников, серия отдельных сделок с разными богами больше соответствуют нашему миру. Я не вижу в этом мире постоянства и справедливости.

– О, ради язычества к нам летают сюда многие туристы. Аркаим богат легендами и памятниками. Сам Гиперборейск был построен в виде древнего арийского символа, так утверждают летописи. Раньше на крышах определенных зданий горели большие газовые факелы, сверху город выглядел так, – над столом возникла объемная панорама ночного города, выделялись яркие очаги, образующие смутно знакомый Ивану крючковатый крест.

– Но теперь это в прошлом, – Роман убрал голографию, – на такие затраты газа нет денег, а правящая уже двадцать земных лет Прогрессивная Демократическая Партия Аркаима добивается снижения влияния славяно-арийского язычества. Как вам первые впечатления от Аркаима, Иван?

– Теплее, чем на Лагарте. Город очень интересный внешне. На Лагарте тоже любят массивно строить, но здесь все по-другому. Меня, правда, удивило, сколько полуразрушенных и заброшенных зданий.

– А это тоже последствия перемен. Многие язычники уехали из столицы, побросали дома. Да и денег уже двадцать земных лет как мало, все после большой войны Конгресс не выздоровеет. Ничего, «скоро сказка сказывается…» – слыхали поговорку?

– Да, дело… делается?