Читаем Иван Крылов полностью

Характер претензий императрицы можно понять, но не может не возникнуть вопрос: отчего она, пристально следя за деятельностью оппозиционера, не поступила с ним так же, как с Радищевым и Новиковым? «Почту духов» прикрыла, «Зрителя» постигла та же участь, к «Санкт-Петербургскому Меркурию» не пришлось даже применять карательные меры – издатель сам приказал своему детищу долго жить.

Известные писатели и литературоведы А. М. Гордин и М. А. Гордин не без оснований предположили, что у Крылова и его сотоварища Клушина нашлись влиятельные заступники. Первой среди них вероятной фигурой названа княгиня Е. Р. Дашкова, директор (президент) Академии наук и литературной Российской академии. Основанием для гипотезы стал факт, что она напечатала в «Российском феатре» (Полном собрании всех Российских Феатральных сочинений» – издании Петербургской академии наук с 1786 по 1794 год, которое она сама задумала и сама осуществляла) четыре пьесы Крылова[24] (кроме первой его трагедии «Клеопатра»), ранее им написанные, но не изданные и не увидевшие сцены.

Но уже осенью 1793 года Дашкова, одна из ведущих личностей, поддержавших Екатерину при восхождении на престол[25], впала у императрицы в немилость и вынуждена была просить об отставке. После чего она отправляется в Европу, где дружески общается с Дидро и Вольтером. Что и говорить, иногда судьба причудливо тасует колоду карт, однако вновь герои нашего повествования сопрягаются с одними и теми же историческими персонажами.

Тем временем обстоятельства лишают Крылова и Клушина их журнала. Знакомства и связи не помогли. Хотя, по мнению Гординых, недовольных Екатериной II и уже почти открыто фрондирующих сановников было предостаточно:

Чтобы не утруждать читателя долгим цитированием, кратко изложу сведения о связях, которые могут кое-что объяснить в истории молодого Крылова в период, когда «значительная часть радикальной оппозиции екатерининскому режиму строила свои политические планы в расчёте на близкую смену монарха».

Комедии И. А Крылова, опубликованные в «Российском феатре» в 1793–1794 гг.

Именно к этой оппозиции тогда принадлежал Репнин. В близких отношениях с Павлом Петровичем находились и офицеры братья Бенкендорфы. С семейством одного из них, И. И. Бенкендорфа, Крылов был дружен много лет. Среди старинных приятелей Ф. И. Энгеля упомянутый уже адмирал Литке называет одного из братьев Татищевых – Василия Евграфовича.

Позволительно сказать, что Крылов в Петербурге был связан с довольно широким кругом гвардейских офицеров. «Некоторые из них в царствование Павла сделали головокружительную карьеру. Так, Энгель стал статс-секретарём императора, а приятель Крылова Преображенский офицер П. М. Скобельцын, перескакивая через чины, в два года из капитан-поручика сделался генералом и шефом полка».

Больше того, в воспоминаниях современников есть строки о том, что Крылов был лично знаком с наследником престола и его женой. В начале 1797 года в Москве вскоре после вступления Павла на престол Крылов даже преподнёс ему свою трагедию «Клеопатра». Молодой журналист Крылов и великий князь Павел Петрович – что могло послужить поводом для их знакомства? Слишком уж мало было между ними общего. Но на память приходят знаменитые строки Фёдора Тютчева: «Нам не дано предугадать, как слово наше отзовётся…»

Как оказалось, «Почту духов» читала не только Екатерина Великая. Журнал, пикирующийся с императрицей, заметили и при дворе. И особое внимание в этом кругу привлекла появившаяся на страницах журнала фигура «юноши, вступающего на царство», который был несправедливо лишён своих царственных прав. Молодого публициста, посмевшего выступить в защиту обиженного наследника престола, углядели сторонники Павла, строившие свои политические планы.