Читаем Иван Кондарев полностью

Уже не в первый раз Костадин отдавал себе отчет, что ему трудно справиться с братом. Намерения и дела Манола никогда не были ему ясны: они вызывали у него только подозрения и бессильный гнев. Взять хоть эту мельницу: снес маленькую водяную мельницу Миряна, несмотря на все мольбы этого дурака. Тот настаивал на том, чтоб снести только сукновальню и сохранить небольшую мельницу хотя бы до осени. Манол не согласился — необходимо, мол, подготовить место, нет смысла терять время и прочее. А с тех пор здесь никто даже ни разу лопатой не копнул для фундамента новой мельницы. Между двумя компаньонами возник новый спор из-за каких-то денег и из-за материалов для снесенной мельницы. Манол начал придираться. Мирян стал грозить ему судом. Почему Манол поступал так — Костадину было непонятно. Возражения брата были несерьезны: получалось, что он упрямо цепляется за мелочи, а ведь это было вовсе не в его характере…

Костадин повернул коня к своему кукурузному полю, которое рассчитывал убрать в ближайшие дни. Притихшие лесочки, покрытые ржавчиной папоротники, красноватые осыпи на холмах, окаймлявших небольшую долинку, разнежили его. Он не хотел сейчас думать о брате — думал о Христине, которая, наверно, недовольна тем, что он уехал, ничего ей не сказав, думал об отце, чье невидимое, молчаливое присутствие ощущал всю свою жизнь. Над влажными парами начал кудрявиться нагретый воздух, земля лежала разомлевшая, и небо, вечный свидетель ее любовных оргий с солнцем, смотрело на нее милостиво и ласково. Стайка щеглов пролетала над вытоптанными скотиной лужайками, поросшими волчецом. Конь попытался схватить кукурузный початок с почерневшими уже волосками и сердито задергал поводьями.

Костадин пустил его в галоп, миновал огород с терновым плетнем, потом какую-то деревеньку, скрытую за пожелтевшим буковым лесом. Зажиревший конь скоро притомился и пошел шагом. Время уже перевалило за одиннадцать, поля, казалось, дремали под лучами теплого осеннего солнца.

Чтобы не возвращаться по грязи, Костадин решил выехать на шоссе. Он выбрал путь, по которому летом возил снопы. Дорога то пробиралась меж низкими холмами, то сползала в заболоченные низинки и соединялась с шоссе возле самого города. В этом месте у самого шоссе был сосновый лес. В воскресные дни тут прогуливалась молодежь и влюбленные парочки.

Едва лишь конь ступил на твердый настил шоссе, как Костадин заметил на опушке леса какую-то парочку. Женщину было едва видно — ее заслоняла фигура мужчины; она, казалось, прямо-таки повисла на его плече. Он прикрывал ее спиной и поглядывал в сторону города. Вероятно, между ними происходило какое-то объяснение.

Костадин ехал спокойно — его мало интересовали влюбленные. Но он почему-то подумал, что эта парочка избрала для свидания довольно неподходящее время. Видимо, покрытое грязью шоссе заставило их прогуливаться по поляне у самой опушки, а может, они собирались войти в лес.

Когда Костадин поравнялся с ними, мужчина, услышав конский топот, обернулся. Из-за его серого летнего пальто показалась фигура женщины, и Костадин узнал в ней свою сестру, а в мужчине — Кондарева. Костадин от изумления вытаращил глаза. Райна держала в руке что-то белое, и в первую минуту Костадин не сообразил даже, что это ее сумочка. Сестра уставилась на него. И вдруг, словно глядя сквозь запотевшее стекло, Костадин увидел, как она кинулась бежать изо всех сил к городу. В его сознании, словно из какой-то бездны, вдруг вынырнуло страшное подозрение, что Райна находится в тайной связи с этим человеком. Костадин остановил коня — хотел увериться, что глаза его не обманывают: Кондарев, опершись на трость, глядел в его сторону и ждал. Старая ненависть к бывшему жениху Христины поднялась в груди Костадина, его душила ярость. Он хлестнул коня кизиловым прутом, который срезал по пути, и рванулся к лесу…

Бледно-зеленая, воскрешенная дождями трава с глухим ропотом проносилась под ногами коня, казалось, будто кто-то расстилал перед ним зеленое полотнище. «Я его убью!» — в такт подскокам коня мысленно твердил Костадин. Он поднял прут, словно саблю, и не спускал глаз с Кондарева. Сплошная стена сосен приближалась. У него вдруг возникла мысль, что этот человек отомстил ему через Райну, его охватил страх, что об этом узнает Христина, и стыд…