Читаем Иван Калита полностью

Некогда выступавшие заодно против великих князей Дмитрия и Андрея Александровичей правители Москвы и Твери впервые столкнулись друг с другом в споре о Переяс-лавле. Время показало, что переяславский конфликт (точнее – недовольство тверичей переходом этого города под власть Даниила Московского) был лишь прелюдией к многолетней войне за великое княжение Владимирское между московскими потомками Александра Невского и потомками его брата Ярослава, основателя династии тверских князей. В конечном счете это была борьба за первенство в Северо-Восточной Руси и за главенство в процессе объединения русских земель в единое государство.

Судьба Твери может служить примером того, как много в истории зависит от конкретных людей, от их личных достоинств и недостатков, ошибок и точных расчетов.

Тверь как город возникла в середине XII века из нескольких поселений, расположенных у впадения в Волгу двух притоков. Левый приток, полноводная река Тверда, уходил своими верховьями далеко на север. Тверда являлась частью древнего торгового пути из Верхневолжья в Новгород. Верстах в 70 к северо-западу от Твери на берегах Тверды располагался Торжок – южные ворота Новгородской земли. Правый приток, речка Тьмака, имела только местное значение.

Согласно уникальному известию В. Н. Татищева в 1182 году великий князь Владимирский Всеволод Большое Гнездо поставил крепость на мысу у впадения Тьмаки в Волгу. Это и была первая Тверь – то есть «твердь», город-крепость. Она вошла в систему крепостей, выстроенных киевскими и владимирскими князьями вдоль Великого Волжского пути.

После смерти великого князя Владимирского Ярослава Всеволодовича в 1246 году Тверь выделилась из состава великого княжения в самостоятельный удел. Его первым правителем был, как полагают, Александр Невский. После 1252 года он передал Тверь своему брату Ярославу в обмен на Переяславль-Залесский (91,115). Ярослав укоренился в Твери и стал родоначальником местной династии.

Во второй половине XIII века Тверь быстро росла за счет многих тысяч беженцев из центральных районов Владимиро-Суздальской Руси. Свидетельством этого роста стало открытие тверской епархии около 1265 года. Первый тверской епископ Симеон (около 1265 – 1288) был выходцем из Полоцка Его преемник епископ Андрей (1289 – 1315) был сыном литовского князя. «Западное» происхождение первых тверских владык не случайно. Ярослав Ярославич и его сыновья Святослав и Михаил искали дружбы со своим западным соседом – быстро усиливавшимся Великим княжеством Литовским. Сотрудничество с Литвой (которое, разумеется, прерывалось время от времени военными стычками) постепенно стало прочной традицией тверской династии. В «западнической» ориентации Твери были свои преимущества, но и свои опасности. В частности, ордынские ханы очень подозрительно относились к любым самостоятельным контактам русских князей с другими правителями. Это была поистине дипломатия на лезвии ножа...

Во всех городах Руси, где имелись епископские кафедры, возвышались построенные еще в домонгольское время каменные кафедральные соборы. Вполне понятно, что уже первый тверской владыка Симеон озаботился постройкой собора. Под 1285 годом летопись сообщает: «Того же лета заложена бысть на Твери церковь камена благоверным князем Михаилом Ярославичем и материю его княгинею Оксиньею, и преподобным епископом Сименом; прежде было Козма и Дамиан, и преложиша во имя святого Спаса честнаго Преображения» (25, 81).

Это был первый каменный храм, построенный в северной Руси после Батыева нашествия. Его строительство шло медленно и трудно. И на то были свои причины. Сооружение каменного храма и оснащение его всем необходимым требовало больших денег и уверенности в завтрашнем дне. В первые десятилетия татарского ига на Руси не было ни того, ни другого. Примечательно, что даже в Новгороде, не испытавшем прямого погрома, первая каменная церковь после Батыева нашествия была освящена только в 1292 году. Это была очень скромная и по размерам и по оформлению церковь Николы на Липне, сохранившаяся до наших дней.

Тверской владыка Симеон спешил. Постройка Спасо-Преображенского собора была делом его жизни. А жизнь уже ощутимо близилась к концу. И потому он решился на небывалое: в 1287 году освятил еще не достроенный храм. «Того же лета епископ Симеон Тверскыи свящал малым священием церковь камену на Тфери святого Спаса, еще не съвръшену сущу, и служааше в ней, а мастери делаху святого Спаса» (25, 81). На следующий год тверской владыка скончался и был похоронен в стенах еще не завершенного собора. Летописец сопроводил известие о кончине Симеона кратким, но искренним некрологом: «Сии (то есть „этот владыка“. – Н. Б.) бяше учителей и силен книгами, князя не стыдяся пряся, ни велмож (то есть не боялся спорить с князем и вельможами. – Н. Б.), излише же чтяше чин ереискыи и мнишьскыи, нищая же и сироты и вдовица жаловаше» (25, 82).