Читаем Иван III полностью

Расправа с Андреем Большим грозной тучей пронеслась над головой другого брата, в прошлом также мятежника — Бориса Волоцкого. Он остался на свободе и на уделе, очевидно, лишь благодаря собственной ограниченности. «Брата же своего князя Бориса Василиевичя Волотцскаго и детей его неухыщреннаго их ради нрава не вреди ничим же» (20, 231). Но и простаку Борису оставалось жить на белом свете всего лишь три года. Умер он у себя на Волоке, в своей постели, 26 мая 1494 года, немного не дожив до сорока пяти лет. Смерть последнего из четырех удельных братьев, сыновей Василия Темного, стала знаменательным событием. Многие с сочувствием вспоминали тогда об их печальных судьбах и ранних смертях. «Дуну бо внезапу завистным ветром и погаси четверосветлый и чюдный он светилник весь до конца, и тмы и дыма и горести исполни всю Росию», — писал по поводу кончины последнего из младших Васильевичей преподобный Иосиф Волоцкий (39, 155). С кончиной Бориса стареющий Иван III остался в каком-то зловещем одиночестве.

Удел Бориса Волоцкого наследовали его сыновья Федор и Иван. Оба они при жизни сильно страдали от бедности и влезали в долги. Федор прославился тем, что в своих владениях бесцеремонно грабил всякого, кто имел деньги, не исключая и монастыри. Оба брата умерли бездетными, причем младший таинственно и скоропостижно скончался на свадьбе у старшего. Владения их перешли к великому князю Василию III.

Волоцкий княжеский род угас без славы, но и без особых драм. Судьба углицкого семейства оказалась более трагичной. Первым, гремя цепями, ушел в мир иной его глава — князь Андрей Большой. Иван явно хотел поскорее избавиться от него. Условия содержания удельного князя в каменной темнице Казенного двора (близ Благовещенского собора) были столь тяжелы, что уже через два года (6 ноября 1493 года) 47-летний Андрей Углицкий умер. Летописи сообщают об этом кратко, но с каким-то особым вниманием к хронологии: «Тое же осени, ноября 6, преставися князь Андрей Василиевич Болшей, а сидел в тюрме на Москве на Казеном дворе великого князя два года и 47 дни; и положиша его в церкви Архаггела Михаила на Москве у северных дверей» (19, 227). Смерть уравнивала первых и последних. Даже самые ненавистные великим князьям члены московского семейства по кончине получали место в общей семейной усыпальнице — Архангельском соборе. Там, под грозным взором архистратига Михаила, смолкали все земные вопли и наступала великая тишина вечности.

Спустя 4 года (в конце октября — начале ноября 1497 года) Иван III предпринял странную, на первый взгляд, акцию — публичное покаяния в тяжком грехе братоубийства (81, 146). «Того же лета Симону митрополиту… (пропуск в тексте летописи. — Н. Б.), веля ему быти у себя на дворе съ архиепископом и с епископы. И приидоша к нему. Князь же великый, встав пред своим отцем митрополитом и архиепископом и епископы, начата бита челом пред ними с умилением и с великими слезами, а прося у них прощениа о своем брате князе Андрее Васильевиче, что своим грехом, несторожею (неосторожностью. — Н. Б.), его уморил, в нужи (скорби. — Н. Б.) стоя перед ними долго время. Митрополит же и архиепископ и епископи с испытанием и с великым наказанием и понудиша (увещевали. — Н. Б.) ѝ (его. — Н. Б.) долго время и едва простиша ѝ (его. — Н. Б.) и понаказаша его впредь и как бы ему своя душа исправите пред Богом» (30, 213).

Надо полагать, что за этим покаянием и в самом деле стоял страх Божьего суда, охвативший уже клонившегося к закату государя. Иван понимал, что по существу правы были те, кто называли гибель Андрея убийством и упрекали его в повторении «древнего Каинова зла» (39, 155). Впрочем, раскаяние Державного нельзя было назвать полным. Ведь в темнице продолжали томиться ни в чем не повинные сыновья Андрея Большого — Иван и Дмитрий. Первому в момент ареста было 14 лет, второму — не более семи. Им обоим суждена была страшная участь: пожизненное тюремное заключение. Однако есть сведения, что условия содержания младшего брата были достаточно мягкими: князя обслуживала всякого рода челядь, ему разрешали под строгим надзором выезжать «из тюрьмы ис тына» в городские церкви. Очевидно, после покаяния об Андрее Иван III приказал смягчить режим содержания его сыновей. Старший из Андреевичей умер в 1522 году, младший — после 1540 года, когда, уже незадолго до кончины, он был выпущен на волю после 49 лет заточения. Похоронили обоих братьев в вологодском Спасо-Прилуцком монастыре. (Справедливости ради следует заметить, что Иван III не тронул женскую половину углицкого семейства. Две дочери князя Андрея Большого к 1491 году были замужем. Их семей гонение, насколько известно, не коснулось.)