Читаем Южнее экватора полностью

В тот же самый день на Бали прибыла кубинская делегация, посещавшая Индонезию с визитом дружбы. Посланцы героической Кубы, совершившие народную революцию против кровавого диктатора Батисты, ставленника империалистов, были в скромной полевой офицерской форме, с мужественными загорелыми лицами и окладистыми бородами, как у Фиделя Кастро. Индонезийцы, оказавшиеся в холле, восторженно смотрели на гостей.

В ресторане отеля я встретил жилистых загорелых и небритых парией англосаксонского или скандинавского типа с выцветшими до белизны волосами. У парней был вид заядлых туристов-робинзонов: короткие трусики, выгоревшие рубахи из шотландской клетчатой ткани и узкопленочные кинокамеры. Потом мне сказали, что небритые парни уже многие месяцы совершали плавание на маленькой лодочке по Тихому океану.

В толпе туристов шныряли монахи и пасторы. Церковь стремилась поживиться за счет богатых туристов, как и продавцы сувениров, бойко торговавшие во внутреннем дворике гостиницы. В вестибюле висело объявление местной церкви адвентистов, призывавшее «господ туристов» посещать богослужение.

После ужина глухой певучий удар тяжелого гонга возвестил о начале концертной программы. На большой открытой веранде перед отелем танцоры и танцовщицы демонстрировали перед туристами яркое искусство балийских танцев.

На возвышении, служившем сценой, полукругом расположился гамелан. Выше уже отмечалось, что гамеланы — сунданезский и яванский — мало отличались один от другого, балийский же гамелан был несколько иным. В балийском гамелане вовсе нет ребаба и вообще струнных или духовых инструментов. Нет также певцов. Оркестр состоит только из ударных инструментов (гонг, барабан, теромпонг типа бонанга, гангса гантунг и гендер). Музыкантов в таком оркестре двадцать четыре. Музыка Бали отличается большой выразительностью и динамичностью. Насыщенность балийского гамелана ударными инструментами и экспрессивность балийской музыки обусловлены тем, что на острове Бали гамелан играет, как правило, на открытом воздухе, во время массовых народных церемоний и обрядов, для аккомпанемента танцам.

При ярком электрическом освещении позолоченные резные станины музыкальных инструментов сверкали червонным золотом. Вечер открылся традиционным классическим танцем пендет. Четыре девушки изображали в танце обряд жертвоприношения. Пендет и сейчас не утратил ритуального значения и обычно исполняется во время религиозных церемоний, связанных с жертвоприношениями. Тоненькие стройные танцовщицы в светлых саронгах вышли на сцену с небольшими плоскими корзинками, наполненными плодами и цветами. Они держали корзинки с жертвоприношениями на ладонях вытянутых рук, делая руками и туловищем гибкие, пластичные движения. В конце танца каждая танцовщица разбрасывала вокруг себя пригоршни цветочных лепестков.

Девушек сменил мальчуган лет десяти-двенадцати в необычайно пестром платье и высоком раззолоченном головном уборе. Длинные разноцветные ленты ниспадали с плеч, образуя как бы сплошную мантию. Мальчугана привел старый учитель танцев, сказавший ученику перед выходом на сцену несколько ободряющих напутственных слов. Гамелан заиграл экспрессивную динамичную мелодию. Казалось, музыканты стремились извлечь из ударных инструментов все, что можно было извлечь из звонкого металла. Танцовщик пришел в неистовый экстаз. Он не кружился по сцене, а лишь приплясывал на месте. Однако все его тело, голова, руки и даже-пальцы рук были в движении. Экспрессивность танца подчеркивалась и развевающимися лентами платья. Этот очень своеобразный танец военачальника-ксатрия перед своим войском называется «барис». Танец передает воинственный дух, отвагу воина.

Тот же старый учитель вывел на сцену трех девочек, исполнивших изящный танец с веерами, называвшийся «легонг-кратон», так как прежде его танцевали, в кратонах раджей.

Нам показали и танцевальные пантомимы или сценки по мотивам древних эпосов и легенд. Танец лакон воспроизводит сценку из «Рамаяны». Главные персонажи, конечно, Рама и Сита. Сольный танец джангер исполняла танцовщица в мужском платье, изображавшая принцессу, разыскивающую своего мужа. Полон драматизма ранда — танец обезумевшей старой женщины, изгнанной в джунгли по обвинению в покушении на мужа. Танцовщица воспроизводила образ второй жены правителя Восточной Явы Айрлангга, которую обвиняли в его отравлении. Маленькой новеллой был и очень интересный танец нададута, или кебирдудук, танец посла раджи. Своеобразие этого танца состояло в том, что танцор исполнял его сидя. Выразительными жестами посол раджи рассказывал о порученной ему важной миссии.