Читаем Юрьев день (СИ) полностью

— Про то, что не имеют «авторского» стиля, — улыбнулся Алексей Константинович. Затем, правда, улыбку погасил. — Тот специалист сказал мне, что так бывает только… в случае плагиата, Юр. Или, когда одному исполнителю пишут песни разные композиторы, что в нашем случае — то же самое. Юр? Ты сам их написал? Прости, конечно, за такие бестактные вопросы, но тут, сам понимаешь — дело, задевающее Честь Рода. С того момента, как за тебя вписался Князь, дело перестало быть лично твоим и стало нашим общим.

— Нет, конечно, — легко пожал плечами я.

— Как… «нет»? — даже замер от такого моего ответа он.

— Все песни в мире уже созданы, написаны и спеты. Нет необходимости придумывать что-то новое. Достаточно только «прислушаться», открыть себе канал доступа к той части информационного поля, в которой всё это «плавает», услышать, выбрать, запомнить, затем разложить на ноты, слова, аккорды, партии голоса. Потом записать это всё на бумаге, проверить, исправить ошибки и неточности, потом дать эти ноты музыкантам, а стихи певцу, прослушать уже их исполнение, исправить ошибки и неточности у них, послушать, что получилось, сравнить с тем, что помнишь, подумать, устраивает ли такой вариант? Насколько он лучше того, что у тебя в голове, или хуже? Может быть, именно у этих исполнителей, их аранжировка, их исполнение будет превосходить «каноничное»? Будет иметь более сильный эффект. Принять решение и начать уже, следуя выбранному варианту, катать, катать, катать, добиваясь возможно более близкого к идеалу исполнения… — безо всякого стеснения говорил я. А Алексей Константинович очень внимательно слушал. Очень внимательно. Не перебивая. И ещё сколько-то молчал, обдумывая, когда я говорить закончил.

— «Открыть доступ к части информационного поля», — медленно и осторожно повторил мою словесную конструкцию он. — Разве это возможно?

— Не знаю, — пожал плечами я. — А разве есть в этом мире вообще такое понятие, как «невозможно»? Когда здесь есть люди, что живут по полтысячи лет, летают, пускают молнии, управляют огнём и ветром, и способны пережить взрыв атомной бомбы в его эпицентре?

— То есть, это твой Дар? — нахмурил свои белые брови Алексей Константинович.

— Не знаю, — опять же, совершенно честно ответил ему я. — Мне не с чем сравнивать. У меня это просто получается.

— Отец примерно так же объяснял мне в детстве своё умение управлять землёй, — вздохнул он, видимо, задетое случайно воспоминание причиняло ему боль. Или не боль, но, всё равно, было достаточно чувствительным. — «Просто, могу. Беру и делаю»…

— Ну, у меня это… несколько сложнее, — чуть подумав, ответил я. — Слово «просто»… не совсем то слово, которым это стоит описывать… Тут уж, скорее, не Дар, а навык…

— А, на что это похоже? У тебя. Как ты это всё видишь?

— Ну… — его вопрос заставил меня надолго задуматься. — Пожалуй… больше всего, это похоже на… Всесеть.

— Всесеть? — удивился Алексей Константинович.

— Да. Пожалуй, это наиболее точное сравнение. Я закрываю глаза, засыпаю, продолжая осознавать и контролировать себя…

— Внетелесный опыт? — тут же вскинулся он. Видимо, наткнулся и ухватился за знакомую тему, как за соломинку.

— Пожалуй, — подумав, не стал его отрывать от этой соломинки я. В конце концов, я и сам считаю свои «пробуждения» одной из разновидностей ВТП или в англоязычной версии OOB. Только, довольно узким и частным его случаем.

— Прости, что перебил, продолжай, — увидев, что я задумался и глубоко ушёл в свои мысли, замахал руками Алексей. — Продолжай, пожалуйста.

— В общем, это похоже на Всесеть. Я засыпаю и оказываюсь, как бы перед открытым обозревателем Всесети. С открытой поисковой строкой, в которую я могу ввести какой-то запрос…

— А дальше? — прервал снова начавшее затягиваться молчанье он.

— А дальше открываются страницы, страницы, страницы по этому запросу, в которых можно утонуть и запутаться. Там столько всего, и всё такое разное… да ещё и постоянно противоречащее одно другому… Чтобы откопать что-то действительно нужное и хоть сколько-то достоверное, надо самому обладать немалой экспертностью в вопросе… Зато, музыки там много.

— Музыки? — нахмурился такому резкому переходу Алексей Константинович. — Почему, музыки?

— А, чего больше всего в настоящей нашей Всесети? — хитро посмотрел на него я.

— Эм… — замялся с ответом он.

— А я скажу, чего: рекламы, музыки, порно, фильмов, клипов, сайтов знакомств и электронных казино. Но музыки и порно — больше всего, с гигантским отрывом от всего остального.

— Пожалуй, — улыбнулся Алексей, который просто не мог не признать в этом мою правоту.

— Вот я и специализируюсь на песнях.

— Идёшь самым простым путём? Путём наименьшего сопротивление?

— Хм, Алексей, а ты думаешь, это так просто? Так просто взять и выбрать одну единственную песню из сотен, тысяч, сотен тысяч и даже миллионов других? — стало обидно мне от такого пренебрежения.

— Так уж, и миллионов?