Читаем Юнлинг полностью

Что забавно, эмоции тети Валлес я ощущаю так же четко, как и эмоции родителей. Даже деда, да что уж там, даже брата с сестрой я ощущал хуже. Не знаю, почему так, видимо, какие-то выверты Силы.

Неожиданно для меня открывшаяся дверь выпустила на волю нервных, а кое-где слегка испуганных и подавленных, представителей различных отделов, ответственных за финансы. Сама Валлес руководила отделением, отвечающим за системы безопасности. Само отделение было лет сто назад преобразовано из компании «Системы безопасности Санте», именно тогда посредством брака объединились две семьи, а «Республиканские системы Сиенара» преобразовались в «Технологии Санте/Сиенар», дочерней компанией которой «Флотские Системы Сиенара» и являются. На данный момент, к слову, сложилась интересная ситуация. У Райта Сиенара, который заправляет «Технологиями Санте/Сиенар», а значит вообще всем, не осталось ни одного родственника, и если с ним что-нибудь случится, во главе корпорации встанет род Санте. А это, как вы поняли, либо мой дед, либо моя тетка. Разве что Сиенар рехнётся и пропишет в завещании какую-нибудь левую личность, которой и оставит свой пакет акций. Но даже в этом случае… скажем так, ни дед, ни тетя Валлес не гнушаются темными делишками. Как и Райт Сиенар, кстати. Глупо ожидать честной игры от такого гиганта как ТС/С.

После того как из кабинета прекратили выходить люди, секретарь сообщил, наконец, о моём здесь присутствии, а из кабинета повеяло радостью и предвкушением.

– Прошу, – поднял манипулятор секретарь. – Леди Санте ждет вас.

На самом деле у меня не было причин приходить, но тетка живет и работает на Лианне, где расположена штаб-квартира ТС/С, а на Корусанте бывает не так уж и часто, и если бы я не появился, предупреждённый дедом, выглядело бы это некрасиво. К тому же, тетка Валлес… в общем, сложно игнорировать человека, который ощущает по отношению к тебе подобные чувства. Она как мать, только если у Саны Дакари эмоции более… ровные, что-то вроде «он мой, и этого ничто не изменит», то Валлес Санте готова броситься на любого. Вроде как «он мой, кто хочет с этим поспорить?». Или даже «порву к чертям любого, кто думает, что он не мой». И я бы не сказал, что это неприятно.

– Привет, тётя Валлес, – произнес я, когда дверь кабинета закрылась у меня за спиной.

Выйдя из-за стола и обойдя пустые кресла, женщина крепко обняла мою тушку.

– Малы-ы-ыш, – и это при том, что я на пять сантиметров выше её. – Садись уже, нечего ноги утруждать. Ути ты мой маленький.

Когда я сел в одно из пустующих кресел, тётка начала гладить меня по голове, но надолго ее не хватило, и я вновь, точнее моя голова, оказался в ее объятьях. А в эмоциях такая нежность, что я просто не смог отогнать её подальше. Пришлось терпеть.

– А волосы ещё больше отрасли, – оторвалась она от меня.

А, вообще, да. Сейчас я форсил длинным хвостом, который, по идее, надо бы отстричь, но мне тупо влом. Проще забить на прическу, чем каждый месяц ходить к парикмахеру. А если хвост мне ещё и идет, то почему и нет?

– Дела-то как, тёть Валес?

– Конечно же, все прекрасно.

– А что от тебя народ такой пришибленный вышел?

– Сами виноваты, – подёргала она мой хвост. И обойдя, наконец, уселась напротив. – Умудрились растратить все деньги по двум перспективным проектам. А ведь им три раза на это средства выделялись. И хватит уже о делах. Расскажи лучше, как ты атаку на планету пережил?

– Пафосно, – ответил я, ухмыльнувшись.

Рассказывал я недолго, да и что там рассказывать, но даже за это время, Валлес умудрилась использовать множество приёмов… как бы это сказать… поддержки. Женские штучки, повышающие твое Чувство Собственного Достоинства. Тут и восхищённые вздохи, и расширенные глаза, и ладошка у губ. Вроде, ну что тут такого? Не я, так кто-нибудь другой. Или другие. Или другой, но по-другому. В каноне-то повреждений Храма не было до штурма. А тут на тебе, прям героем себя почувствовал.

И как эта хитрая бестия ещё мужа себе не нашла?

Кстати, её эмоции во время рассказа были довольно ровные – любопытство, намешанное с чем-то непонятным, но не отрицательным. А под конец гордость за меня.

– Не зря ты носишь свое имя, – покачала она головой, сидя в позе пай-девочки.

Как вспомню, что творилось в начале нашего знакомства, когда я осторожно рассказывал о своих достижениях, так хочется в угол забиться. Если в первую нашу встречу она была довольно осторожна в своих действиях, боясь показаться в невыгодном свете, то с каждым разом всё больше смелела, а закончилось всё тем, что я превратился для неё в мягкую игрушку, созданную для тисканья. Я слово боялся сказать, дабы не оказаться в её объятьях. Хм, лишний раз не оказаться. Со временем она подуспокоилась, и такого террора, как раньше, с ее стороны не наблюдается, но бывает. Да, бывает. Особенно, когда она не показывается на Корусанте дольше обычного.

– Ох, только не начинай опять, – отвернулся я, закатив глаза.

– Рейн Санте был великим человеком, – возмутилась женщина. – Достаточно великим, чтобы упоминать о нём почаще.