Утром он проснулся, как всегда в 6 часов без будильника. Пошел в ванную бриться, чистить зубы.

 В 6.30 проснулась жена Елена Владимировна:

 - Иван Егорович, вы вчера какой-то юбилей отмечали? Или просто решили с пьянством бороться, истребляя водку, как ваш глубоко любимый народ?

 - Это наш  народ, а не мой, Елена Владимировна. Вы живете в России, среди этого народа, извините, другого нет… - грубо ответил Иван Егорович жене. Молча поставил чайник на плиту, зажег газ. Поджарил три яйца. По давно заведенному в семье Захаровых правилу, Елена Владимировна никогда не выполняла обязанности «горничной», как они выражались.

 - Хватит того, что я готовлю, - говорила она мужу, а потом и подрастающим детям. – А разогреть и налить себе, будьте любезны, сами. Слава Богу, лакеев у нас в стране отменили.

 Поэтому разогреть, поджарить колбасу с яичницей и Иван Егорович, и дети могли для себя сами. Завтракали молча, как всегда, так было заведено в семье Захаровых. Иван Егорович не вспомнил даже, а сидели ли они, обнявшись, или просто лежали когда-нибудь на диване, беседуя о каких-нибудь житейских темах. Нет, наверное. Никогда! Все, как всегда, по протоколу. Иван Егорович оделся, взглянул в окно. «Волга» уже стояла у подъезда.

 - Я на работу, - сказал он жене. Вышел из квартиры и поехал на стройку. Рабочий день, один из тех, что был вчера и позавчера, начался. С новыми проблемами, трудностями, которые надо решать, преодолевать. Иван Егорович даже удивился – никто и не заметил его раннего ухода с работы. Стройка работала отлично. Вывод: уход на несколько часов одного, пусть и руководящего звена, даже не был никем замечен.

Глава 23

 После ссоры с Виктором Игорь Фокин в душе затаил обиду на своего, как он считал, друга:

 - Была бы причина, а то из-за бабы, - говорил он Куклину. – Я уверен, не зря этот холеный с ней кружится. Все они, бабы, одинаковые. Где ты говоришь, видел их, в кафе «Мечта»? Это в новом микрорайоне, на другой стороне города от университета. Любовь-морковь!

 Фокин два раза в неделю находил причину после обеда отлучаться в город. Он знал Вику. Виктор знакомил их, и, опасаясь быть угаданным, Фокин старался не быть на виду. Сидел в здании почты за столиком, для вида наложив перед собой чистые бланки телеграмм, или в магазине «Рыболов», рядом с почтой, напротив кафе «Мечта». На следующей неделе он дежурил во вторник, вырвался и в пятницу в 14.20 приехал к кафе. Белой «Волги» нет. Фокин начал уже сомневаться - может, все, действительно, случайно совпало, и ему ничего доказать не удастся? Кроме того, на работе Розван уже начал бурчать, что часто у Фокина стали появляться дела в рабочее время, а это  на стройке не поощрялось. Пришлось угощать шефа коньяком.

 Вспомнив о расходах, не принесших дивидендов, Фокин нервно сгреб чистый бланк телеграммы на столе перед собой и бросил в стоявшую у ног корзину для мусора. Он даже вскочил, когда к кафе в 15.10 подъехала белая «Волга». Вышел водитель лет сорок, полнеющий, холеный, в костюме с галстуком и кожаном плаще, обошел спереди машину, открыл дверь для пассажиров. Галантно, как джентльмен. Из машины вылезла Вика. Стоп! Фокин даже засмеялся от увиденного. Теперь найти частника. Нашел почти сразу, за двадцать пять рублей согласился молодой парень, водитель «Жигулей» первой модели. Согласился часик поколесить за «Волгой». Фокин остановил «Жигули» в десяти метрах за «Волгой». Через полчаса вышел джентльмен, как он назвал его, и Вика.