Читаем Иуда полностью

— Amen, — автоматически отозвался я, принимая благословение ксендза-иезуита. Ах, да, Иван Степаныч всё забывал сказать своей старшине, что давно в католичество перешёл, хоть и тайно. Окей, мы этот вопрос тоже учтём в будущем. Всё старому сморчку припомню.

А денег я у поляка всё же выцыганил. Дал он мне немного, тысячу злотых — на подкуп старшины. Видно, больше при себе не имел. Не особенно сейчас эта валюта котируется, но золото по весу ценят, а не по гербу на аверсе. Для того, что я задумал, сойдёт… на первое время. А там и Алексашка подъедет, перетрём.

Если я не ошибаюсь, когда после Полтавы взяли походную казну Карла, там обнаружилась какая-то совершенно безумная сумма, избыточная для кочующей армии, даже королевской. Если намекнуть Меншикову, что здесь можно неплохо поживиться, стараться будет на совесть. Но и прямо сказать об этом я ему не смогу, не поймёт. Придётся и с ним в агента 007 играть. Но наживка уже заброшена, должен клюнуть.

А вот кого я реально боюсь, так это Петра. Здесь мы с Иваном Степанычем тоже солидарны. Правда, каждый по своей причине.


Взгляд со стороны

…Армия хоть и не отступала вглубь российской территории, но к генеральной баталии готова ещё не была. Сие очевидно, словно белый день.

Пётр Алексеевич ещё не знал, смогут ли полки противостоять шведам, подмявшим под себя едва ли не половину Европы. Не повторится ли нарвская конфузия 1700 года. За ту конфузию он давно уже посчитался, взяв и невские крепости, и самоё Нарву, однако не было там Каролуса. А здесь он в наличии. За короля своего шведы сражаться будут до последнего. Однако есть и у них слабости.

Во-первых — они не знают здешних мест, а когда размещают войска на квартиры, то делают это как придётся. Во-вторых, государю уже доносили, что туго идёт у шведов пополнение провианта. Прячут крестьяне зерно, а то и жгут, а сами в леса бегут. И чуть шведы в леса те суются, сразу по темечку получают. И в-третьих, подтверждается то, что Кочубей от гетмана передал: Каролус надежду на подкрепление казаками да провиантом имеет. Однако покуда уверен, что возьмёт Смоленск до холодов, на землю Северскую не повернёт.

Стало быть, надобно лишить его сей надежды.

…Когда принесли весть, что полки князя Голицына побили генерала Рооса у Доброго, да не сидючи за укреплениями, а в открытом бою, у него самого затеплилась надежда. Русская армия наконец стала сражаться как надлежит. Если б заставить Каролуса поголодать зимой, то по весне и генеральную баталию учинять можно. А для того надобно обоз шведский перехватить. Сказывали, будто едва ползёт оный — телеги доверху снедью да воинскими припасами нагружены, да ещё с ними несметные стада скотов для прокормления солдат мясом. С эдаким обозом Каролус и зимовать сможет где пожелает, хоть в чистом поле. А того допустить никак не можно.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917, или Дни отчаяния
1917, или Дни отчаяния

Эта книга о том, что произошло 100 лет назад, в 1917 году.Она о Ленине, Троцком, Свердлове, Савинкове, Гучкове и Керенском.Она о том, как за немецкие деньги был сделан Октябрьский переворот.Она о Михаиле Терещенко – украинском сахарном магнате и министре иностранных дел Временного правительства, который хотел перевороту помешать.Она о Ротшильде, Парвусе, Палеологе, Гиппиус и Горьком.Она о событиях, которые сегодня благополучно забыли или не хотят вспоминать.Она о том, как можно за неполные 8 месяцев потерять страну.Она о том, что Фортуна изменчива, а в политике нет правил.Она об эпохе и людях, которые сделали эту эпоху.Она о любви, преданности и предательстве, как и все книги в мире.И еще она о том, что история учит только одному… что она никого и ничему не учит.

Ян Валетов , Ян Михайлович Валетов

Приключения / Исторические приключения
Раб
Раб

Я встретила его на самом сложном задании из всех, что довелось выполнять. От четкого соблюдения инструкций и правил зависит не только успех моей миссии, но и жизнь. Он всего лишь раб, волей судьбы попавший в мое распоряжение. Как поступить, когда перед глазами страдает реальный, живой человек? Что делать, если следовать инструкциям становится слишком непросто? Ведь я тоже живой человек.Я попал к ней бесправным рабом, почти забывшим себя. Шесть бесконечных лет мечтал лишь о свободе, но с Тарина сбежать невозможно. В мире устоявшегося матриархата мужчине-рабу, бывшему вольному, ничего не светит. Таких не отпускают, таким показывают всю полноту людской жестокости на фоне вседозволенности. Хозяевам нельзя верить, они могут лишь притворяться и наслаждаться властью. Хозяевам нельзя открываться, даже когда так не хватает простого человеческого тепла. Но ведь я тоже - живой человек.Эта книга - об истинной мужественности, о доброте вопреки благоразумию, о любви без условий и о том, что такое человечность.

Алексей Бармичев , Андрей Хорошавин , Александр Щёголев , Александр Щеголев

Боевик / Приключения / Исторические приключения / Самиздат, сетевая литература / Фантастика