Читаем Итоги № 7 (2013) полностью

Об униженном положении нашей науки широкая общественность узнала случайно — из-за сугубо уголовных проблем, возникших у гражданина Шамхалова. И этот факт уже сам по себе огорчителен. Ведь люди, которые связаны с наукой, — ректоры, ученые секретари, академики — прекрасно понимали, что сей господин не имеет морального права руководить Высшей аттестационной комиссией страны. Для тех, кто не в курсе, напомню для чего, собственно, существует ВАК: в эту грозную инстанцию поступают все без исключения диссертации, защищенные на территории РФ, где они скрупулезно проверяются на предмет их новизны и научной состоятельности. И только после вердикта ВАКа соискатель может примерять докторскую мантию. Короче, сей ареопаг призван блюсти российскую науку в чистоте и строгости. И вот во главе этой уважаемой комиссии оказывается гражданин, чья уголовная ипостась вскрылась только сейчас. Но ведь тот факт, что доктор наук Шамхалов не имеет с наукой ничего общего, было очевидно сразу. В советское время существовало такое чудное слово «объективка». Так вот, заглянув в оную, каждый может уяснить, в чем именно состоят заслуги этого высокоученого мужа: в 1995-м, менее чем через год после окончания вуза, — кандидат, а в 1998-м — доктор экономических наук. В 2003-м в возрасте 35(!) лет — членкор Российской академии наук. Притом что образование имел далеко не блестящее. Однако тогда никто не возмутился, не поднял на ноги научную общественность, не возвысил голос. Это что означает? Что руководители академических и учебных заведений запуганы до смерти. Им страшно. Они боялись открыто высказаться, потому что за этим человеком стояли очень влиятельные люди. Неплохо было бы сейчас посмотреть, кто именно Шамхалова продвигал, кто назначал, кто визировал, кто проверял, с кем советовались перед назначением на столь ответственную должность. Обсуждалось ли это с руководством Академии наук, с Советом ректоров? Если этого не происходило, значит, были попраны все существующие регламенты. А если все обо всем знали, но молчали, то я назвал бы это катастрофой.

Моя мама всю жизнь трудилась в академическом институте, она — научный работник, защитивший сначала кандидатскую, потом докторскую. Я хорошо знаю, что на докторскую уходит не меньше шести-семи лет кропотливых исследований. И когда какой-нибудь министр или губернатор защищает диссертацию без отрыва от основной деятельности, то можно смело сделать два вывода: либо он все эти годы валял ваньку на своем посту, либо диссертацию написали за него. Второе, конечно, вероятнее. Если окинуть взором наш политический пейзаж, то бросается в глаза одна особенность: все сколько-нибудь значимые фигуры обзавелись диссертациями, а некоторые и не одной. Думаете, они сами корпели над ними бессонными ночами?! Им их принесли на блюдечках с голубой каемочкой и еще слезно молили дар принять, спасибо говорили. Наши вузы и научные институты — нищие и бесправные. Их руководители просиживают часами в приемных больших начальников в надежде, что осчастливленные диссертанты впишут вуз отдельной строкой в бюджет или хотя бы подкинут деньжат на косметический ремонт. И где уж рассуждать о какой-то там академической свободе и научных прорывах?

Всем известно, что диссертации покупаются по давным-давно сложившимся расценкам. Помимо вопиющей нищеты научных работников (написанная на заказ диссертация — прекрасный приработок при скудном жалованье) причина еще и в том, что все общество морально деградировало. А отнюдь не только научно-образовательная среда. Недавно в Германии разразился вроде бы похожий скандал. Но различия видны невооруженным глазом. Там министры обороны и образования лишились своих должностей из-за некорректности их диссертаций. И это при том, что оба защитили их в молодости, а не будучи на ответственных постах. Понятно, что их ушли исключительно по этическим соображениям — министрами-то они были хорошими. Общественная мораль не позволила этим людям остаться в высоких креслах. У нас такое представить себе невозможно.

И вот назначен новый руководитель ВАКа. Владимир Филиппов — человек хорошо известный и как ученый, и как ректор, и как министр. Но вопрос о том, сможет ли он разорвать этот порочный круг, остается открытым. Ведь многое зависит не столько от конкретного чиновника, сколько от пресловутой общественной морали.

Для начала было бы совсем не лишним, если бы Владимир Владимирович обмолвился где-нибудь в послании к Федеральному собранию о том, что негоже, мол, чиновникам не только счета за рубежом иметь, но и диссертациями увлекаться. Отдельным законом это провести нельзя — получается нарушение прав человека и гражданина. Но мы-то хорошо знаем, как слово ВВП отзовется. Вот, к примеру, многомудрый Михаил Андреевич Суслов во времена оны запретил работникам аппарата ЦК КПСС защищать диссертации, ибо уже тогда понимал, к чему это может привести. Советского Союза давно уж нет на карте мира, а совок все также привольно гуляет по стране...