Отзыв лицензии у банков всегда сопровождается негативным информационным фоном. Ежегодно ЦБ отзывает 20—30 лицензий. Как правило, за различные нарушения и за невыполнение предписаний их лишаются мелкие, реже средние банки, уход с рынка которых не то что не представляет угрозы, но зачастую не заметен вовсе. Другое дело, когда в списке оказывается крупный или средний банк. Особенно если он из первой сотни по капитализации или по размеру активов. Это уже уход не только известного бренда, а большая информационная шумиха. Безусловно, любая кредитная организация в процессе своей деятельности накапливает долю токсичных активов. Какая-то их часть возникает вследствие управленческих ошибок либо недобросовестного поведения клиентов. Вопрос в том, какова доля проблемных активов в общем объеме бизнеса, каков темп их прироста и насколько успешно банк решает такого рода проблемы. В зависимости от этого пруденциальный надзор Центробанка и принимает решение о дальнейшей судьбе кредитной организации.

И здесь возникают две проблемы. Первая заключается в том, как это решение должно приниматься, каким образом оно отразится на рынке в целом и на клиентах банка в частности. Если данный аспект интересует регулятора, то несложно догадаться, что к моменту отзыва лицензии ЦБ он должен иметь четкую схему мероприятий по бесперебойному обеспечению платежей клиентов банка и ясный план санации. Осуществление комплекса этих мер может дать больший репутационный эффект как для банковского сектора в целом, так и для регулятора в частности. В противном случае возникают извечные проблемы российского финансового рынка: клиенты теряют доверие к банкам, так как банально нет понимания того, кто будет следующим, а банки начинают косо смотреть на коллег по цеху. И эти два непонимания способны привести либо к внутреннему кризису, либо к перебоям в работе банка и необходимости включения дополнительных механизмов фондирования (или пополнения) денежного рынка ликвидности, в том числе с помощью Центрального банка.

Сегодня банковский сектор работает в довольно жестких условиях ограничений со стороны регулятора. Деятельность банков для пруденциального надзора достаточно прозрачна, поэтому любые резкие изменения в работе той или иной финорганизации не остаются незамеченными со стороны ЦБ. Но при принятии таких решений, как с Мастер-Банком, важно, чтобы последствия были просчитаны заранее и подготовлены четкие меры по сохранению деятельности банка в части его клиентов, как, например, это происходило в свое время с еще более крупным Банком Москвы. Как получилось у нас? С прошлого года правительство и ЦБ говорили о необходимости повысить защищенность вкладчиков. Отсюда идеи о повышении страхового возмещения (как минимум до миллиона рублей), включения в страховое покрытие средств ИП и сберегательных сертификатов. То есть увеличение нагрузки на фонд обязательного страхования вкладов. И, соответственно, законодательное закрепление возможности АСВ фондироваться от Центробанка.

А потом — сразу несколько крупных страховых случаев плюс проблемы с несколькими заметными региональными банками. Следом — сбой в обслуживании банковских карточек и необходимость в срочном порядке «подхватывать бизнес» крупными игроками. При этом отсутствие информации о задержании руководителей «лидера обнального бизнеса» косвенно подтверждало версию о существовании могущественной крыши. Плюс несколько неосторожных заявлений со стороны регулятора и региональных руководителей. Да еще совпавшая по времени непродуманная законодательная инициатива, обрушившая на 40 процентов за сутки акции одного из лидеров банковского розничного рынка. Следом — неизбежное появление слухов о черных списках банков и естественное перетекание депозитов в пользу крупных, прежде всего государственных, банков. Далее — ослабление рубля до минимума с 2009 года. Экстренное совещание у главы ЦБ с представителями банковского сообщества. А на следующий день — совещание у главы правительства и решение отложить повышение размера страховки и ввести дифференциацию взносов в АСВ в зависимости от уровня рисков. И это все за две недели!

Конечно, мы все за очищение банковского рынка, против мошенников и нелегального бизнеса. Но, может, пора перейти от ситуативной модели управления к плановой систематической слаженной работе с внятным изложением мотивов и действий с заранее просчитанным результатом?

Вот такая EBITDA / Дело

Вот такая EBITDA

/ Дело

У крупнейших российских компаний не сходится дебет с кредитом