— А что скажете еще об одном плоде этой либерализации — праве мигрантов регистрироваться по адресу работодателя? Нет желания и здесь провести работу над ошибками?

— Тоже сложный вопрос. Не хотелось бы выплеснуть с водой и ребенка. Разрешая постановку иностранного гражданина на миграционный учет по месту работы, мы выводим его из тени, делаем его видимым и осязаемым для миграционного контроля. Так что нужно взвесить все за и против. Как раз этим мы сегодня и занимаемся — анализом нормативно-правовой базы, выявлением слабых мест.

Очевидной ахиллесовой пятой является механизм формирования квот. Об этом говорит уже тот факт, что число иностранных граждан, имеющих разрешение на работу или патент, как минимум вдвое больше, чем занимающихся незаконной трудовой деятельностью. В нынешнем его виде квотирование не только не помогает бизнесу развиваться, а, напротив, загоняет его в серые и черные схемы. Наши усилия сегодня направлены на то, чтобы создать другой, новый механизм — более гибкий, более доступный предпринимателям, более соответствующий потребностям экономики.

— Можете ли вы назвать потенциальные горячие точки на карте страны в том, что касается отношений между местными и «понаехавшими»?

— Самые напряженные точки — Москва, Московская область, Санкт-Петербург и Ленинградская область. То есть регионы с наиболее быстрым экономическим развитием, с наибольшим промышленным потенциалом, с наибольшей концентрацией финансовых ресурсов. Рыба, как известно, ищет, где глубже, а человек — где лучше. Потому на эту четверку приходится более трети миграционного потока и более 50 процентов всех проблем миграционной сферы.

Наведем порядок здесь — все остальное покажется семечками.

— В январе этого года вам был присвоен ранг министра. Учитывая этот факт, а также растущий объем полномочий ФМС и громадье ваших планов, логично предположить, что и ваше ведомство ждет повышение до министерского звания. Предчувствие не обманывает?

— Обманывает. Абсолютно. Таких планов нет.

Незалежный / Политика и экономика / Профиль

Незалежный

/ Политика и экономика/ Профиль

Виктор Янукович: от Хмельницкого до Мазепы — и обратно

Как бы легко было на сердце Виктора Федоровича Януковича, если б Европа, приняв на себя все издержки за ассоциативное членство, под фанфары приняла Украину в свои объятия, а Россия вернулась бы к цене на газ двадцатилетней давности — 50 долларов за тысячу кубов! Но не все мечты сбываются. И не у всех…

Выяснилось, что Брюссель и не собирался платить за слияние с Украиной путем ее поглощения — у самого рецессия в разгаре. Да и Москва, даже после разворота Киева к ней передом, а к Европе, соответственно, задом, о скидках и льготах речи не ведет. Не в том нынче состоянии российская экономика и госбюджет, чтобы платить за дружбу славян звонкой монетой. А тут еще собственные казачки на Евромайдан сошлись, кричат, что гетман, дескать, не настоящий, обещал повести Незалежную в Европу, а завел, не поймешь куда. Но сам гетман хранит спокойствие. Поскольку раздрай — это типичное состояние украинской политики, а Виктор Федорович чувствует себя в нем как рыба в Днепре. Не зря же он между первым и вторым Майданом только и делал, что доказывал Украине: если кто и может сохранить ее какие-никакие единство и незалежность, так это он, способный совмещать в одном лице Хмельницкого с Мазепой. Так ли это, и решили разобраться «Итоги».

Его университеты

Про Виктора Януковича на Украине говорят не «из грязи в князи», а «из грязи в гетманы», но суть от этого не меняется. Будущий украинский президент родился 9 июля 1950 года в поселке Жуковка близ шахтерского городка Енакиево тогда еще Сталинской, а потом Донецкой области. Семья самая простая. Мать работала медсестрой. Умерла, когда Виктору было два года. Отец — машинист паровоза железнодорожного цеха Енакиевского металлургического комбината. Как все работяги, мог и за воротник заложить. Известное дело, рабочий класс — он тоже выпить не дурак…