Былое и Дума / Политика и экономика / В России

Все возвращается на круги своя. Даже российское избирательное законодательство. Дмитрий Медведев не исключил, что в будущем выборы в Госдуму опять станут проходить по смешанной системе. То есть половину депутатов надо, как и до 2007 года, избирать по мажоритарным округам. Правда, по мнению президента, было бы идеально, чтобы кандидаты-индивидуалы представляли партии. Вот тогда, дескать, наша Дума обретет наконец достойный на фоне западных парламентов облик. И правда: какая Дума нужна стране и должна ли она вновь стать местом для дискуссий?

Вся власть — мажорам

На этот раз власть решила сработать на опережение. Напомним: по итогам региональных выборов 2009 года случился громкий скандал. Все оппозиционные фракции Госдумы покинули зал заседаний, протестуя против фальсификаций, которые, по их мнению, были допущены партией власти в единый день голосования 11 октября. Парламентарии тогда сочли произошедшее тревожным сигналом перед федеральными выборами. Ситуацию удалось урегулировать, пообещав оппозиции реформу избирательного законодательства. Слово власть сдержала: за эти годы принято множество поправок, самая радикальная из которых — партиям, набравшим более 5, но менее 7 процентов голосов, разрешено формировать фракции в составе 1—2 депутатов.

Никого это, понятно, не удовлетворило. И на этот раз президент готов посулить оппозиции куда более заманчивый приз за лояльность и отказ бузить по итогам выборов. А ведь сегодня кое-кто (например, один из лидеров «Справедливой России» Геннадий Гудков) грозит уже не «домашним» демаршем в здании на Охотном Ряду, а массовыми акциями протеста на улицах Москвы.

Возвращение к отчасти мажоритарной системе — шаг серьезный. Такие избирательные процедуры распространены в большинстве западных стран (особенно в англосаксонских). Там, правда, парламенты целиком формируются из депутатов-мажоритариев, которые представляют ведущие партии. Это исключает имеющую место у нас практику «паровозов», когда политики-тяжеловесы тянут за собой никому не известную серую массу партийцев. Кандидат от конкретного округа лучше знаком с чаяниями местных избирателей, а те, в свою очередь, знают все о своем избраннике. Тут уж придется буквально всю биографию выставлять на всеобщее обозрение. А не как сейчас. По данным российского центра Transparency International, из 266 действующих депутатов Госдумы, вновь идущих на выборы, правду о своих доходах в 2010 году сообщили лишь 79. А чего заморачиваться? За недостоверные сведения с выборов больше не снимают, а избиратели на отдельные винтики партийной машины внимания не обращают. Список вытягивают те самые «паровозы».

При этом дело не только в процедуре выборов. Главное — качество получающегося по их итогам парламента. С тем, что нынешняя Дума и правда не место для дискуссий, а исключительно штамповочный цех, оптом одобряющий все инициативы исполнительной власти, уже мало кто спорит. Между тем месяц назад Владимир Путин, выступая в Торгово-промышленной палате, заявил: «Нам нужна эффективно функционирующая Государственная дума. Не та, которая послушно штампует, как в советские времена, любое предложение, а та, которая думает». Чуть раньше с подобной позицией выступил экс-спикер Совета Федерации Сергей Миронов, поинтересовавшийся у коллег-депутатов: «Вам не кажется, что все мы являемся матросами потешной флотилии?.. Даже ветер ненастоящий, похоже, он и возникает только из-за того, что кто-то очень сильно надувает щеки». И заключил: «В итоге — фатальная глухота к самым насущным запросам наших избирателей». И то верно: парламент находится в самом низу рейтинга доверия граждан среди институтов власти.

Не вопрос: в уверенной победе правящей партии на выборах нет ровным счетом ничего дурного. Однако тотальное неверие в честность такой победы способно окончательно истребить в обществе остатки доверия к самому институту российского парламентаризма. А это уже угрожает стабильности всей политической системы.

Дума в миноре

С одной стороны, от выборов к выборам Госдума все прочнее встраивалась в вертикаль власти, что, несомненно, добавляло стране политической стабильности. С другой — уходящая пятая Дума оказалась уже настолько консолидированной (у «единороссов» было более двух третей голосов) и настолько лояльной исполнительной власти, что о каком-либо творческом вкладе депутатов в законотворчество говорить попросту не приходилось. Большинство законопроектов инициировалось либо Кремлем, либо Белым домом. Депутат при таком раскладе лишался мотивации профессионально работать. В лучшем случае ему оставалось потихоньку лоббировать узкие коммерческие интересы за коррупционную «прибавку к жалованью».