Читаем Итоги № 44 (2011) полностью

Ставя опыты над мышами, ученый вряд ли предполагал, что сделал слепок человеческой популяции начала XXI века. Специалисты выдвигают разные научные версии, почему у людей происходит то же самое, что и у мышей. Есть две группы версий — демографическая и социальная. В основе первой лежит теория о том, что человек, хотя и социальное, но все-таки животное, поэтому в определенных обстоятельствах и ведет себя как биологический вид. Что происходит с животными, когда их становится слишком много на одной территории? Они начинают истреблять друг друга. Повышенная агрессивность homo sapiens не что иное, как реакция людей на перенаселение планеты. Кстати, на этой неделе нашего полку прибудет — на Земле ожидают появления 7-миллиардного жителя…

Ученые подтверждают, что скученность и неблагоприятная окружающая среда отрицательно воздействуют на умственное и физическое здоровье человека. «Физические стрессоры (шум, жара, загрязнение воздуха, перенаселение и т. п.) вызывают стойкое эмоциональное возбуждение, которое может стать генерализирующим мотивом всего последующего поведения людей, — говорит Татьяна Румянцева, доктор философских наук, профессор кафедры философии культуры факультета философии и социальных наук Белорусского государственного университета. — Еще академик Павлов отмечал, что такие внешние раздражения, как ограничение пространства, свободы движений и прочее, вызывают у животных реакцию нападения. У человека многие физиологические механизмы работают сходным образом, и здесь из своей биологической природы не выскочишь».

Жители Руанды и без научных выкладок время от времени испытывают эту теорию на себе. В крохотной стране, где на один квадратный километр приходится свыше 400 жителей, с пугающей регулярностью вспыхивают кровавые войны, сопровождающиеся жесточайшим геноцидом. Американский эволюционный биолог Джаред Даймонд отметил, что периодичность конфликтов жестко коррелируется с численностью населения: практически каждая демографическая вспышка влечет за собой гражданскую войну. Проблема заключается еще и в том, что на таком маленьком участке земли вынуждены сосуществовать представители разных культур и к ним принцип в тесноте да не в обиде, увы, неприменим. Причем западная цивилизация, выступая за мультикультурность, практически запускает такую модель у себя.

«Современные государства своей навязанной политкорректностью запустили механизм взаимной ненависти, — рассуждает психиатр-криминалист профессор Михаил Виноградов, — возьмите старую Москву: Армянский переулок, Большую и Малую Грузинские улицы — все жили своими тесными поселениями, но при этом принимали московский уклад жизни. Сегодня во время праздника можно резать барана на детской площадке, и это вызывает конфликт». Быть может, эту самую «искрящую» мультикультурность мы ошибочно принимаем за перенаселенность. На самом деле проблема не в том, что нас в принципе много, а в том, что слишком разные люди со своими устоями и традициями вдруг начинают жить на ограниченной территории. А главный парадокс заключается в том, что обитатели будут выплескивать агрессию не на власть, создавшую такие условия, а друг на друга. Плюс ко всему при отсутствии сдерживающих рамок — моральных, культурных, семейных — мы очень жестко ведем себя, сталкиваясь с представителями иных культур и национальностей. Как известно, Римская империя погибла, когда стала делить людей на своих и чужих.

Война мальчиков

Кроме перенаселения есть еще одна версия, объясняющая, отчего мы звереем. Она появилась в Германии и наделала немало шума в научном мире. «Агрессия, которая сейчас наблюдается во всех странах, четко коррелируется с одним важным фактором: как только соотношение числа мальчиков до 4 лет и мужчин около 40 превышает определенные показатели, неизбежно возникает напряженность, — объясняет доктор медицинских наук Сергей Агарков. — Например, в Палестине на каждого взрослого мужчину приходится 8 мальчиков (коэффициент 800). В других арабских и африканских странах — коэффициент от 300 до 500, что тоже очень много. В Европе и России — ниже, около 100. В Афганистане около 400. В Иране и Турции наблюдается тенденция к снижению рождаемости в целом и количества мальчиков в частности. Поэтому эти страны, как бы ни «зеленели» по религиозным соображениям, не очень будут вмешиваться в региональные конфликты».